Три цвета жизни Евфросинии

Наталья ЗАРУБИНА
21.11.2019 12:33
Иконописец из Малоярославца пришла к Богу долгим, трудным, но верным путем.

У знаменитого Пабло Пикассо были творческие периоды: ранний, «голубой», «розовый», кубизм. Периоды жизни нашей героини тоже можно обозначить разными цветами. В настоящий момент она занимается росписью центральных сводов храма в честь Казанской иконы Божией Матери в Малоярославце. Настоятель храма, отец Иоанн, благословил ее на интервью. Зашелестели страницы «романа жизни» Евфросинии Олеговны так скоро, что только успевай записывать.

Красный

фото -46.JPG
Инна (настоящее имя Евфросинии) училась на отделении художественного оформления в Ставропольском художественном училище. Училась в том числе рисовать плакаты, лозунги, афиши - все в идеологически выдержанном алом цвете. И в керамике любимого педагога-авангардиста Владимира Саврасова видела Инна теплые оттенки красного. Выходит, что этот период - «красный».

Молодая художница решила по комсомольской путевке поехать на БАМ - стройку века. В ярких и оптимистичных тонах молодой художнице виделась Тында: ее унылые сопки, серые бараки и щитовые домики первопроходцев.

Инну местные рабочие прозвали «чудачкой» за доверчивый характер и наивность. Она изготавливала декорации и подбирала реквизит для самодеятельных постановок.

Затем одну стройку СССР заменили другой - Инна уехала на Канско-Ачинский топливно-энергетический комплекс в Красноярском крае. Однажды пришлось ехать в Ленинград за реквизитом - на этой командировке закончился для Инны «красный» период. Она решила вернуться домой, в Ставрополь.

Буро-коричневый

- Буро-коричневый разбеленный, - уточняет Фрося. - Любой цвет можно осветлить белым.

В этот светлый период было возвращение к мольберту, походы на пленэр и возможность писать, что душа пожелает. Деньги на краски, холсты и кусок хлеба Инна зарабатывала, как многие свободные художники в то время, портретами руководителей партии или победителей социалистических соревнований. Как только появлялся чистый холст, Инна писала, «разбеливая» действительность, и училась не бояться цвета. Этому искусству учил ее Петр Горбань, энергичный экспрессионист и покровитель молодых талантов. В те годы, когда творчество было зажато в рамки идеологии и всевозможных регламентов, он, как мог, помогал им пробиваться, организовывать персональные выставки.

- И вдруг я будто ослепла, - призналась Евфросиния. - В тот момент пропал цвет. Не вижу, нет цвета жизни!

Она теряла талантливых друзей, искавших свет и цвет в наркотиках, алкоголе. Потом отправилась с мешком за спиной к отцу Александру в восстанавливающийся Крестовоздвиженский храм Ставрополя, постриглась наголо.

Инна решила учиться иконописи. Для этого ездила в древнехристианские храмы Алании, построенные еще до Крещения Руси.

Часто бывает, что в начале пути Бог открывается тем, кто к нему идет, через чудеса. Евфросинии были дарованы чудесные наставники, учителя иконописи из Петербургской духовной академии, среди которых реставраторами были даже альпинисты. И не заметила Ефросиния, как окрасилась ее жизнь... в голубой.

Голубой

Этот цвет в церкви считается символом неба и Богородицы. Ефросиния работала иконописцем в одном из храмов Ставропольского края у иеромонаха Варсонофия. Она не только писала иконы, но и реставрировала - это считается самым сложным в работе иконописца.

- Главное - не навредить! Икона живая и хрупкая. Главное - сохранить до мельчайших деталей образ и аккуратно дописать исчезнувшее, - подробно рассказывает Фрося, будто проводит мастер-класс. - Долго пришлось промывать, то есть очищать от старых записей, потемневшего лака и от копоти голубой фон иконы Иверской Божией Матери. В Чечне в это время началось то, что обернулось войной - первой, затем второй. И вдруг замироточила эта икона! Люди в храм приходили, смотрели и спрашивали: «Кто масло на икону разлил?»

Каким чудом изограф Евфросиния на восьмом месяце беременности карабкалась по лесам, чтоб купол церкви расписать, она и сама объяснить не может. Семья у нее немаленькая: Евфросиния Олеговна - счастливая и любящая мать троих детей: Анисии, Петра и Антона. И родились все трое «на лесах и небесах» - оттого, может, такие красивые, талантливые и самостоятельные детишки получились.

Столько всего было в жизни, что все сложно вспомнить: не может иконописец пересчитать ни квадратных метров фресок, ни расписанных храмов, ни городов и весей, куда приводил ее Господь.

- Не считала, не припомню… на Кариже, в Высоко-Петровском монастыре в Москве, очень понравилось работать в Липецкой губернии. Вот недавно в Раненбурге (Чаплыгин) заказ выполняла. Городок маленький, да на храмы удаленький, - продолжает рассказ о своем «лазорево-небесном» периоде жизни Евфросиния, уходя от конкретики вопросов.

В ставшем родным Малоярославце в Казанском храме у нее сегодня большой проект - масштабная фреска «Воскресение Христово».

- Христос любит всех, Он не ставит на колени, а наоборот, - поднимает с колен.

На голубом фоне купола церкви - белые одежды Христа, красные плащи царей и золотые нимбы святых - цвета жизни Евфросинии.

Фото Андрея БУХТИНА.

Поделиться публикацией