Призраки Золотой Орды

«За» высказались Минкульт, Минобороны, Минфин и правительство в целом, Российская академия наук и ведущие вузы страны, лидеры политических партий. А вот власти Татарстана не согласны. Сначала профильные комитеты республиканского Госсовета рекомендовали предложение калужан не поддерживать, потом слово взяли религиозные деятели, и, наконец, президент Татарстана Рустам Минниханов направил в Госдуму отрицательный отзыв.
Не сказать, что реакция татарстанской политико-религиозной элиты не была ожидаемой. Однако несколько неожиданным оказался сам оголтелый тон высказываний, звучащих из Казани. Мол, внесенный на рассмотрение Думы депутатом Геннадием Скляром законопроект разжигает межнациональную и межконфессиональную рознь, несет в себе «элементы экстремизма», содержит «кощунственную» трактовку событий, с само Великое стояние «не является исторически значимым». Один из депутатов Госсовета так вообще предложил поставить авторам инициативы психиатрический диагноз…

Оппоненты обвиняют руководство нашей области в желании «пропиарить» свою территорию за счет новой памятной даты. Полно-те, в этом отношении нам еще далеко до татарских коллег. Они, например, не так давно официально зарегистрировали бренд «Казань – третья столица России», безжалостно отобрав сие высокое звание у подмосковных Луховиц (помните: «У России три столицы – Москва, Питер, Луховицы»?). А чего стоит помпезный казанский «миллениум», отмеченный неожиданно состарившимся городом в 2005 году!

Выеденного яйца не стоят и обвинения в разжигании какой бы то ни было розни. Пояснительная записка к калужскому законопроекту составлена в максимально корректной форме, из нее пропало понятие «победное окончание», нет и речи о победе одного народа над другим.
Читатели, наверное, в курсе, что термин «монголо-татарское иго», имевший хождение в исторической науке испокон веков, пропал из российских школьных учебников, толерантно трансформировался в «ордынское иго» и, еще более толерантно, в «зависимость от Орды». Нет его и в лексиконе разработчиков угорского законопроекта.
О событиях пяти с лишним вековой давности можно спорить бесконечно. Как и о самом монголо-татарском иге (назову его так по привычке). Целый ряд историков, в том числе Лев Гумилев, вообще считали и считают зависимость погрязшей в междоусобицах Руси от империи Чингисхана (позже – от Золотой Орды) не злом, а благом. Многие воспевают Александра Невского за то, что он предпочел подчинение Орде союзу с коварным католическим Западом.
Оставим эти неразрешимые споры ученым мужам. Если же посмотреть на события конца XV века даже взглядом дилетанта, то станет понятно, что у современных жителей Татарстана нет оснований считать себя и своих предков потерпевшей стороной. (Кстати, предки – волжские булгары – были разгромлены и подчинены ханом Батыем накануне его похода на Русь.) Стоит вспомнить, что на момент угорских событий Казанское ханство уже 42 года как вышло из подчинения Золотой Орде и к хану Большой Орды Ахмату не имело никакого отношения. Более того, казанские, крымские, ногайские ханы рассматривали Москву как союзника в борьбе с Ахматом, мечтавшим о возрождении единства и величия Золотой Орды. Крымчаки – так те вообще были заодно с Иваном III в 1480 году.

Но этот аргумент вряд ли убедит тех казанских историков, которые отважились (и преуспели) посчитать находку одной (!) чешской монеты начала XI века достаточным основанием для новой датировки возникновения Казани. (Вообще-то, принято отмечать дни рождения городов по первому упоминанию их в письменных источниках. Советская историческая наука по этому принципу относила основание Казани к XV веку. Но разве с Академией наук Татарстана поспоришь?!).

Не удержусь и от нескольких слов об историческом значении Великого стояния, которое ученые мужи из Академии наук Татарстана и прочих национальных институтов подвергают сомнению. Действительно, «стояний», подобных угорскому, русская история знает немало. Понятно, что превращение раздробленной, зависимой Руси в Русь Московскую, а потом и в Россию длилось не один десяток лет. И Стояние на Угре – всего лишь один из эпизодов этого превращения. Его не следует понимать примитивно: мол, вплоть до 11 ноября Русь была под игом, а 12 ноября ее жители вдруг проснулись независимыми. Но ведь не даром назвали это стояние Великим. Оно велико потому, что символизирует жирную точку в конце одного исторического периода и начало другого. Начало единого суверенного Российского государства, в котором мы - русские, татары и еще десятки народов и национальностей - живем до сих пор.

И власти абсолютного большинства регионов это понимают. Но не власти Татарстана, взявшего в 90-х, по завету Ельцина, суверенитета столько, сколько смог проглотить, и едва не вышедшего тогда из состава страны. Пишу «власти», потому, что, почитав обсуждение темы на нескольких татарстанских сайтах, понял, что мнение депутатов Госсовета и президента Минниханова разделяют далеко не все жители республики.

Интересно, сделают ли противники угорской инициативы, мнящие сегодняшнюю Казань наследницей и преемницей Золотой Орды, следующий шаг? Предложат исключить из федерального списка Дней воинской славы России 21 сентября – «День победы русских полков во главе с Великим князем Дмитрием Донским над монголо-татарскими войсками в Куликовской битве»? Будут ратовать за лишение Козельска звания Города воинской славы? Теперь не удивлюсь, если что-то подобное случится.