«Мы мирный народ и пришли с миром»

Юлия ЕФРЕМЕНКО
12.09.2019 10:10
Житель Жуковского района, российский воин, сержант Юрий Кубраков - человек, который слышал эхо огненных гор.

DSC_0009.JPG

Юрий родился в Узбекистане в конце жаркого июня 1969 года. Отец – военный, которого по распределению и направили служить в тёплую страну. Семья поехала следом, надёжный тыл всегда был рядом. «Служить или не служить?» – такой вопрос ни разу не стоял перед сыном офицера. После школы, успев окончить первый курс педагогического института языков, в 1987 году Юрий отправился в армию…
 
Патроны не считали

– Направили сначала в город Чирчик, который под Ташкентом, – вспоминает Юрий Владимирович.

Там юноша прошёл обучение в военной школе поваров. Потом парня направили в Термез, затем в Республику Белоруссию.

– Там было холодно, а я холод не переношу, снега никогда не видел, – смеётся наш герой. – Вот и написал рапорт, что хочу в горячую точку, как раз был набор. По молодости было интересно везде побывать. Забрали меня и ещё двоих. Самолетом в Ташкент и оттуда в Афганистан – в Кандагар.

По распределению Юрий попал в артиллерийский полк, затем – в десантно-штурмовой батальон. Это был 1988 год, Юрию на тот момент было 18 лет. На протяжении девяти месяцев он практически ежедневно принимал участие в боевых действиях.

– Мы сопровождали колонны с бойцами, с грузом. Автомат был всегда при себе. Давали задание с утра и вперед, – рассказывает Юрий. – Бывало, падали от усталости, а нас в это время обстреливали из-за спины. Первый раз было жутковато, потом привык… Человек ко всему привыкает, деваться некуда было. Была сознательность на высоком уровне, так воспитали. Мы защищали местное население от боевиков.

Вчерашний мальчишка стал мужчиной за один день, когда попал под первый обстрел. Он навсегда врезался в память, оставив кровавую зарубку на сердце и нестирающийся след в душе.

– Мы сопровождали колонну и на ночь сделали привал. Было жарко, бронежилеты пришлось снять, чтобы хоть пару часов отдохнуть. И тут из деревни, где были мирные жители, начался обстрел. Один наш погиб, двое раненых. Мы открыли ответный огонь, автоматный, пулемётный…

Юрий рассказывает тихо, но голос его не дрожит. Казалось, что это давно в прошлом, почти тридцать лет прошло и всё забылось. Нет, память всё хранит. Он помнит друзей, стоявших спина к спине, и тех, кто остался лежать на земле, которая впитала кровь советских бойцов, помнит звук затворов автоматов и смертельную песнь вылетающих пуль.

– Загружались в вертолет, если в горах была засада, нас туда высаживали, и мы прикрывали своих, – вспоминает Юрий.

И так почти каждую ночь. Колонны шли из разных мест, объединяясь на время короткого отдыха. Ночи были «яркими»: освещались запусками ракет, выстрелами. Патроны даже не считали.

На вопрос, не жалеет ли он, что сам вызвался побывать в аду войны, Юрий отвечает просто:

– Не жалею. И сейчас бы поехал. Мы мирный народ и пришли с миром. К войне, конечно, отрицательное отношение. Человек не для того родился, чтобы воевать. Но мы не выбирали, если был дан приказ. Утром врагов нельзя было отличить от обычных жителей, а ночью они брали автоматы и стреляли в нас. Надо было выжить. Командование давало указание уважать жизнь мирных людей, их быт, их религию.

Эхо войны

Молодого парня, который без страха, но и не сломя голову шёл в бой, отметило командование и приглашало то в снайперы, то в разведку. Юрий отказался, выбрав раз и навсегда свои войска.

– Несмотря ни на что, ненависти не было. К первому пленному, которого увидел, была жалость, – вспоминает Юрий, добрый по своей натуре человек, который сумел сберечь это качество.

В один из дней, сопровождая колонну, Юрий решил прокатиться в танке с друзьями. Выстрел из гранатомёта попал точно в цель – в тот самый танк, где находился Юрий. Запах гари и палёной кожи не спутать ни с чем. Юрию, можно сказать, очень повезло – он выжил. Больше всего пострадала спина – кожа от ожогов слезала клочьями, боль была сильнейшая. Продержав две недели в госпитале, его, всего перебинтованного, отправили вновь на службу, в бой.

– Ночью было холодно в горах, времени на отдых было мало. Кормили хорошо по тем временам, в сухпайках были и сок, и сгущёнка, – рассказывает Юрий.

Про возвращение домой вспоминает с лёгкой улыбкой:

– Мама, папа и братья встречали, радовались. Сын вернулся. Живой. Девушка дождалась и стала женой. Закончил обучение в институте, получил диплом. Союз распался, русский язык забыли. Сдал экзамены на узбекском языке, пытался устроиться на работу, но к русским было не очень хорошее отношение. Пришлось уезжать из Андижана, начинать всё с нуля. Родители остались там.

В 1994 году приехал в Россию, жил в Тамбовской области, в Москве, затем купил квартиру в Жуковском районе. Юрий был в Андижане лет семь назад – соскучился по малой родине. Прошёл по родным улочкам, которые за столько лет изменились, встретился с друзьями детства.

Юрий признаётся, что никогда не думал, что свяжет свою жизнь с военной службой. Но сейчас опять служит.

Вместе с женой воспитывают дочку, ей уже 14 лет, вырастили сына, которому недавно исполнилось 27.

И всё же эхо той войны иногда даёт о себе знать. Навсегда остались в памяти те, с кем прошёл эти девять месяцев ада, никогда не забудутся те, кто отдал жизнь за то, чтобы наступил мир на той далёкой земле.

– Никому не желаю пережить подобное, – говорит Юрий Владимирович.

О наградах говорит неохотно, хотя они есть. Он истинный патриот и любит свое Отечество не за то, что оно дает какие-то блага, а просто потому, что это Родина.

Поделиться публикацией
Яндекс.Метрика