Людской поток – в спокойное русло

14 июня отмечался День работников миграционной службы России. Именно в этот день 30 лет назад президент Ельцин подписал указ о создании ФМС. Некоторое время служба была самостоятельным ведомством, подчиненным правительству РФ. В 2016 году ее функции и полномочия были возвращены Министерству внутренних дел. Наш сегодняшний собеседник – калужанин Алексей НОВИКОВ, стоявший у истоков регионального управления ФМС.

«Чемодан-вокзал-Россия»

– Все началось еще до развала Союза: из республик, особенно из среднеазиатских и закавказских, стали вытеснять некоренное население. Первыми к нам поехали первоклассные специалисты, которых там лишили работы. Не все были этническими русскими: татары, украинцы, смешанные семьи. Вот эти специалисты – они нарасхват у нас были! Мы им быстро находили и работу, и жилье.

– Это было в 1992 году?

 – Много раньше. Тогда у нас еще был комитет по миграции при облисполкоме, потом была создана и миграционная служба. Управление ФМС располагалось тогда в одной комнатке в здании облоно на улице Кирова: три стола, три стула и все! Но постепенно и работы прибавилось – беженцы с юга бывшего Союза пошли лавиной.

 – Кто был первым руководителем службы? 

– Станислав Евдокимович Астахов, человек исключительной честности, скромности и порядочности. Он был жесткий, очень требовательный. Многим был неудобен за свою прямоту. Я стал его замом. А вскоре нашлось и более подходящее здание – мы заняли два этажа на Салтыкова-Щедрина, 8а.

 – Сколько у вас было тогда сотрудников?

 – В центральном аппарате – 8-10, включая технический персонал. Но мы были полностью компьютеризированы, имели свою локальную сеть, что было тогда новинкой. Еще 15 сотрудников – наши представители на местах. Людей мы отбирали тщательно: время тогда было сложное, с работой трудно, а у нас зарплату платили регулярно.

– Что входило в ваши обязанности? 

– Мы вели учет беженцев, ведали выдачей пособий, присвоением статуса «вынужденный переселенец». Люди из Средней Азии, из горячих точек нередко приезжали без всего! Давали жилье, могли выдать и ссуды на жилье: это были безвозвратные ссуды, но на условиях, что они оставались у нас работать. Наш акцент был на районные центры или большие сельские поселения – совхозы, колхозы, где они могли найти работу. Или работа уже ждала их! При этом мы, конечно, учитывали потребности нашей области – куда каких специалистов послать, в какой райцентр, в какое поселение!

Долгострой – в строй!

– Откуда вы брали жилье? Даже в райцентрах?

– Тут – отдельная история! Егор Строев, губернатор Орловской области и председатель Совета Федерации, выступил с инициативой: достраивать хозяйственным способом неоконченные объекты – «долгострой», которого в силу советской специфики в регионах накопилось достаточно. Наша область эту инициативу сразу подхватила.

На достройку приходили деньги из федерального центра. Мы достраивали жилье в районах силами наших подрядчиков и расселяли вынужденных переселенцев. И у калужских строителей была гарантированная работа, и люди, потерявшие в бывших республиках все, получали крышу над головой! Судите сами: мы вводили до 150 объектов в год! В Мосальском районе ввели в строй 70 домов, в Барятине – 50.

– Вам, наверное, были очень благодарны…

– Вспоминаю случай. Приехал в район с проверкой, захожу в квартиру. Там совсем бедная семья, ребенок маленький в колясочке. Хозяин как увидел меня, кричит жене: «Маша, яишенку пожарь!» И водку достает, как гостю дорогому… Выпивать я не стал – на службе, но поблагодарил хозяев от души. И самому на душе хорошо стало: правильное дело делаем.

– То есть, говоря по-старому, вы были передовики!

– Все зависело от отношения областной власти. А власть – поддерживала. И еще было доброе отношение к Калужской области со стороны руководства УФМС. А руководила им калужанка Татьяна Михайловна Регент.

Тогда и теперь

– А гастарбайтеры, трудовые мигранты? 

– Да. Это была вторая по значимости тема УФМС. По количеству трудовых мигрантов нас опережала только Москва и Московская область. У нас ведь развернулось масштабное строительство. Приезжали немецкие специалисты, польские. Ну, и из бывших союзных республик, конечно.

– Нелегальные мигранты тоже были?

– Были, конечно. Их выявляли, задерживали и высылали органы УМВД.

– В свое время наша область наряду с некоторыми другими вступила в программу «Переселение соотечественников». Как вы к этому относитесь?

– На тот момент это было верное решение. Многим соотечественникам эта программа существенно облегчила возвращение на историческую родину. Но следом за ними потянулись коренные жители бывших союзных республик, так и не сумевших без помощи изгнанных «русских оккупантов» наладить свою экономику.

Некоторые выходцы из Средней Азии и Закавказья стали жить своими анклавами по своим клановым обычаям, не желая уважать уклад жизни коренного населения, встраиваться в многонациональную семью народов России. Племенные законы они ставят выше законов Российского государства. Это категорически неприемлемо! Считаю недавние решения губернатора нашей области в сфере миграционной политики своевременными и правильными!

Фото из архива Алексея Новикова и из открытых источников.