К ним кто-то приносит букеты цветов...

22 июня — День памяти и скорби

Завтра по всей стране к застывшим в скорбном величии мемориалам лягут венки и цветы. Прозвучат очень важные и нужные слова. А где-то летние сумерки опустятся на скромные, часто - безымянные пирамидки с солдатскими звездочками, спящие в густых лесах.

Есть в Тарусском районе памятники и памятные места — неприметные, невидные, спрятавшиеся вдали от глаз. Все они установлены великой силой народной памяти. За каждым из них — история подвига, о котором хочется рассказать.

Солдат вернулся домой

Январским рассветом 1943-го шел изнурительный, кровавый бой за станцию Красновка Тарасовского района Ростовской области. На пути наших солдат ледяной крепостью встал оборонительный вал - смесь соломы и льда с колючей проволокой поверху. Скользкий вал, высокий, смертоносный — тех, кому удавалось немного подняться, тут же скашивало пулеметным огнем. «Снять шинели!» - раздался приказ. Шинели накинули на лед, укрепили штыками. Из последних сил остатки роты гвардии лейтенанта Ликунова штурмовали ледяную гору. Из всей роты живыми остались тринадцать человек.

Тринадцать человек бросились в сторону трёх пристанционных домов и заняли в них круговую оборону. Среди них — уроженец деревни Бортники Тарусского района гвардии сержант Николай Севрюков. От хаты к хате прошел приказ: стоять насмерть! Плечом к плечу тринадцать человек отбивали мощнейшие удары фашистов, на призывы сдаться отвечая неизменным: гвардейцы не сдаются! На помощь им пытались прорваться однополчане, но шквальный огонь артиллерии не давал им этого сделать.

Когда у гвардейцев закончились боеприпасы, фашисты подкатили станковый пулемет и расстреливали их уже в упор, а потом обложили хаты соломой и подожгли. Те немногие, кто на тот момент оставался в живых, выпрыгнули из домов и пошли на врага врукопашную. Когда бойцы 130-го полка освободили стратегически важный поселок, на окраине они увидели три пепелища и обгоревшие тела своих товарищей. А вокруг — порядка сотни убитых солдат и офицеров противника.

За проявленное мужество и героизм тринадцать погибших в бою за Красновку гвардейцев, в том числе сержант Николай Севрюков, были посмертно удостоены звания Героев Советского Союза.

Имя героя Таруса обрела не сразу — многие годы во всех источниках он значился как серпуховчанин. В семидесятые годы в Тарусу приехал его брат Валентин Севрюков и рассказал, что их семья родом из тарусских Бортников. На перекрестье двух проселочных дорог у въезда в деревню десять лет назад был установлен памятный знак - устремленные в небо силуэты трех домов. Надпись на нем гласит: «От благодарных земляков».

Николаю Севрюкову присвоено звание Почетного гражданина Тарусского района. Имя героя носит одна из улиц города.

Простая русская женщина

В октябре 1941 года через деревню Гавриловка Барятинского сельсовета шли большие группы отступающих советских частей. Со стороны центральной усадьбы слышались артиллерийские залпы. Две подводы с ранеными солдатами остановились у дома местной жительницы Федосьи Максимовны Матвеевой. «Дальше их везти смысла нет, - вздохнул усталый фельдшер, - в соседней деревне уже могут быть немцы. Мне нужно возращаться. Мать, помоги бойцам». С подводы глянул молодой тяжелораненый лейтенант, и сердце женщины сжалось. Где-то на фронтах воевал ее сын Афанасий...

Десять раненых бойцов перенесли в здание сельсовета, уложили на солому, укрыли одеялами. Получили от фельдшера четыре флакона йода и полфлакона марганцовки, на стене крупными буквами написали: «Тиф!». На рассвете в дверь постучали — группа солдат привезла еще четырех своих товарищей. Федосья Максимовна приняла и их. Двое метавшихся в бреду бойцов не прожили и суток, их похоронили в ближайшем лесу.

Из двенадцати оставшихся человек в крайне тяжелом состоянии были старший сержант Кузьменко и лейтенант Николай Крахмаль. А скоро в Гавриловку вошли немцы. Пожилой женщине оставалось только молиться, чтобы фашисты не расправились с ранеными, с ней самой и ее родными.

В один из дней сгоравший от высокой температуры лейтенант Крахмаль понял, что начинается гангрена, и попросил бабушку Федосью ампутировать ему почерневшие пальцы на ноге. И она мужественно сделала это, прокалив на огне складную бритву! Через некоторое время она провела еще одну операцию - достала старшему сержанту Кузьменко из-под лопатки не дававшую ему покоя пулю - и подарила на память.

То, что фашисты не тронули ее подпольный госпиталь, иначе как чудом не назовешь. Когда оккупированную деревню в декабре освободили наши войска, пришла пора прощаться. Солдаты называли Федосью Максимовну мамой, целовали, после войны обещали обязательно приехать в гости...

Из двенадцати спасенных Федосьей Максимовной бойцов 5-й гвардейской стрелковой дивизии День Победы встретит только гвардии лейтенант Николай Крахмаль. Из четырнадцати мужчин, ушедших на фронт из маленькой деревни Гавриловка, домой вернутся двое. В том числе — сын бабушки Федосьи, инвалид войны Афанасий Матвеев.

В Гавриловке на стене сохранившегося кирпичного дома, где спасала жизни, рискуя собственной, простая русская женщина Федосья Максимовна Матвеева, установлена мемориальная табличка. Открыть ее и поклониться памяти бабушки Федосьи несколько лет назад в родные места из разных городов России собиралась большая семья Матвеевых. Их личная память навсегда стала памятью народной.

Безымянный лётчик

Полевая дорога идет вдоль высоких трав, уводит в бояковский лес. Здесь, на лесной поляне, в окружении безмолвных деревьев стоит памятный знак на месте гибели советского летчика в ноябре 1941 года. Сейчас лишь единицы из уже пожилых местных жителей, в те годы бывших детьми, вспомнят день, когда в небе над деревней Бояково Кузьмищевского сельсовета протянулся черный след падающего самолета.

Поздним вечером местные пришли сюда и похоронили героя, павшего в боях за освобождение Тарусского района. Имя его осталось неизвестным. За давностью лет уже не установить, где именно находится могила. А вот само место падения долгое время было обозначено: здесь лежал целый фюзеляж с хвостом одномоторного истребителя Як и висел шлемофон. За местом гибели летчика после войны долгое время ухаживали пионеры лагеря «Дзержинец» и жители деревни.

Сейчас эта лесная поляна под опекой пограничного братства Тарусского района под руководством Александра Голованова. Постоянно ухаживают за ней семья Стрельниковых, глава которой Юрий Петрович — родом из здешних мест.

Оккупация Тарусского района продолжалась 56 дней. В ходе тяжелых боев контрнаступления советских войск, гнавших врага от столицы, Тарусский район ввиду своей близости к Москве был освобожден первым из районов Калужской области.

О войне, о своих родных, погибших за Родину, об очень личном и всегда — общем, очень нужном нам всем, вспоминают и рассказывают здесь, у могилы безымянного героя в лесу. А потом стоят в долгой минуте молчания. Помолчим и мы.


В статье использованы материалы книги И. Ф. Гунченкова «Матвеевы из Гавриловки».

Фото автора и Игоря ГУНЧЕНКОВА.