Газета
Прямая линия
Национальный символ
Аэропорт в Тулеаре поначалу насторожил: маленький, несерьезный. Зарегистрировался и гуляешь взад-вперед по всему залу. Однако самолет местных авиалиний оказался вполне симпатичным. Типа нашего АН-12, чистый, новый. Расстояние небольшое, 250 километров, но по бездорожью эти 50 минут полета превратятся в два или три дня. К тому же, если ты попал в Мурундаву, другой дороги в Антананариву, кроме как по воздуху, нет. На борту нас было всего 16 человек – 13 европейцев (включая нас) и три пакистанца. На Мадагаскаре много выходцев из этой страны. Для большинства жителей полет – непозволительная роскошь, и внутреннего туризма на острове нет. Мурундава – городок на берегу Мозамбикского пролива. Я приехал сюда с одной целью – посетить аллею баобабов.У Мадагаскара несколько национальных символов. Один из них, равенала, – дерево, похожее на зеленый гигантский веер. В пазухах его листьев собирается вода, поэтому европейцы прозвали его «деревом путешественников». В континентальной Африке его практически нет. Веер равеналы изображен на самолетах мадагаскарской авиакомпании.
Другой символ – баобабы. На острове их семь видов.
Третий - лемуры, симпатичные зверьки, многие из них встречаются только здесь.
На Мадагаскаре две хорошие дороги (в европейском смысле). Одна ведет из Антананариву на север, другая – через весь остров до порта Тулеары, на запад. Сначала она петляет по горам, карабкается на перевалы и спускается вниз, и здесь нельзя развить большой скорости. Потом, когда каменистые уступы останутся позади, начинается что-то вроде саванны… В город Мурундаву, близ которого лежит аллея баобабов – природное чудо Мадагаскара, лучше лететь из Тулеары, как я уже сказал, самолетом.
Немного русского
Когда-то у нас с Мадагаскаром были тесные дружеские отношения. В здешних школах даже учили русский. В аэропорту Мурундавы слышу знакомые слова от таксиста: «Товарищ, товарищ!». Он широко улыбается и хочет показать, что ему тоже знаком этот язык, что знает хоть одно слово. Оно значит больше, чем «Садись, довезу», в нем слышится, особенно здесь, вдали, какое-то общечеловеческое родство. Сильное слово – «товарищ». У нас есть и другое слово-символ, на всех языках оно звучит одинаково – «Калашников». Его тоже хорошо запоминают.Отелей в Мурундаве достаточно. В аэропорту мы взяли два такси и поехали от одного к другому, пока не нашли тот, где оказались места. На первый взгляд, то был приют для поклонников музыки рэгги, в холле висел портрет Боба Марли. Сотрудники, по крайней мере те, кого случилось встретить, носили характерные растафарианские, или растаманские, косички, и в целом выглядели как жители Ямайки. Вечером какой-то французский телеканал показывал по телевизору в бунгало глупую шоу-игру, вроде той, что у нас получила название «Поле чудес»… Найти машину, чтобы доехать до аллеи баобабов, нам помогли тут же, в отеле. Все решается легко.
Но эта поездка – завтра.
Фото: Виктор БОЧЕНКОВ.
