Имя твоё - известно!

Ольга КОЛЕНОВА
24.09.2020 12:24
Поисковый отряд «Тарусский рубеж» установил данные погибшего лётчика.

В октябре 1941 года в небе над деревней Бояково протянулся черный след падающего самолета. Советский истребитель, летевший со стороны подмосковного Серпухова, был сбит огнем вражеской зенитки и рухнул в лесу за околицей. Тело летчика деревенские похоронили рядом с его крылатой машиной. Позже, в 50-60-е годы, останки неизвестного героя перенесли в братское захоронение.

Поляна в лесу

Скромный памятник, жестяная звездочка на дереве и остатки металла, сложенные под старой березой. Почти 80 лет поляна в бояковском лесу хранит тревожную память. Старожилы рассказывают, что долгое время поблизости лежал фюзеляж самолета, который достали из леса уже после войны. За местом гибели летчика продолжают ухаживать – поляну взяло под опеку пограничное братство района.

А тарусские поисковики говорят, что земля здесь буквально кричит. До сих пор в радиусе падения самолета мелкие его части да и другие свидетельства войны проступают из-под дерна, стоит чуть его приподнять. Попытаться выяснить имя неизвестного летчика бойцы отряда «Тарусский рубеж» посчитали для себя делом чести. И именно одна из ржавых от времени деталей погибшего истребителя им очень в этом помогла... Но обо всем по порядку.

Защитники столицы

Изучив открытые базы данных Центрального архива Минобороны, поисковик Александр ПРОКАЗОВ выяснил, что в этом секторе карты действовало только одно авиационное подразделение. 178-й истребительный авиационный полк базировался в селе Липицы под Серпуховом. В его составе было два типа истребителей — более современный на тот момент ЛаГГ-3 и И-16, который летчики ласково прозвали «ишачком». Легкие одномоторные самолеты, конструкция которых была в основном деревянной, вставали воздушной преградой «юнкерсам», летевшим бомбить Москву.

– Вот журнал боевых действий интересующего нас авиационного полка, – Александр бережно перелистывает распечатанные страницы. – Осенью 1941 года в нем начинает часто фигурировать Таруса. Если взять все потери его личного состава с сентября по декабрь, когда фронт уже ушел с территории района, обнаружится одиннадцать фамилий. Если исключить летчиков, погибших при бомбежке аэродрома, умерших от ран в госпитале и тех, чье место захоронения известно, их останется пять.

Выехав на место в бояковский лес, поисковики среди груды оставшихся мелких обломков истребителя нашли интересную деталь, так называемое магнето, составную часть двигателя самолета. Но двигатели у ЛаГГов и И-16 были разные!

– Теперь я, наверно, могу сдавать зачеты по устройству истребителей времен Великой Отечественной, – продолжает Александр, за время поиска изучивший огромное количество материала. – Такая деталь могла стоять исключительно на И-16. Именно на нем летал наш тогда еще неизвестный летчик.

Мне бы в небо...

Скупые строчки в графе «Потери» журнала. Иосиф Лузанчук и Павел Махов – два пилота И-16, не вернувшиеся из разведки и патрулирования на свой аэродром. И вот тут поисковики, что называется, уперлись: кто же из них?

– И только стараниями командира отряда Максима Крюкова, который, проработав все записи, выяснил, что младший лейтенант Лузанчук (в его фамилии при захоронении была допущена ошибка, что, в общем-то, не редкость) упокоен на Соборной горе в Серпухове, все стало ясно. В небе над деревней Бояково погиб сержант Павел Дмитриевич Махов, – подводит итог поисковик. – Для нашего пока еще молодого отряда установление его имени – это огромная победа.

Махов Павел Дмитриевич.jpg Александр Проказов кладет на стол драгоценный документ – личное дело Павла Махова, курсанта Качинского высшего военного авиационного училища. Запрос на имя начальника Подольского военного архива подписал руководитель Тарусского района Руслан Смоленский.

С фотографии на первой странице серьезно смотрит молодой парень. На момент гибели ему исполнилось двадцать два.

– Настоящее сокровище для поисковика, – признается Александр. – Когда я впервые увидел эти документы, а в личном деле зашито целых 15 листов, я это по-настоящему ощутил. Было чувство, будто он встал рядом со мной. Живой человек – со своей историей, характером. Просто мороз по коже...

Автобиография, написанная рукой самого сержанта Махова. В ней он, уроженец Клинского района Московской области, рассказывает о себе и своей многочисленной семье. Сын кузнеца, уехал из родной деревни в столицу. Работал списчиком вагонов и мечтал о небе... Закончил аэроклуб, поступил в Тамбовскую авиационную школу. А это уже знаменитая Кача — оценки, комсомольская характеристика, итоги и замечания аттестационной комиссии.

Ровно через одиннадцать месяцев после выпуска, день в день, 21 октября 1941 года, сержант Павел Махов последний раз поднимет в небо свою боевую машину...

– Семьдесят восемь лет он летел, – говорит Александр Проказов, – и вот теперь все-таки вернулся с боевого вылета. Хотя бы ТАК. Ведь то, что он не возвратился на свой аэродром, означало, что он фактически пропал без вести, хотя семье сообщили, что он погиб.

Поисковики отряда «Тарусский рубеж» связались с администрацией Клинского района и с коллегами – поисковым отрядом «Подвиг», ведущим свою деятельность на Клинской земле. Деревня Соково, откуда был родом Павел Махов, жива.

Внук родного дяди по отцу, Анатолий Васильевич Махов, житель Клинского района, подтвердил родство и готов приехать в Тарусский район на открытие нового памятника погибшему летчику. Памятник появится на той же поляне в лесу, рядом с уже существующим. На нем будут фотография и имя.

Фото автора.

Поделиться публикацией
Яндекс.Метрика