66 нелёгких минут

Вера РЫТОВА
04.12.2020 11:36
Именно столько наш корреспондент провёл в красной зоне Малоярославецкой районной больницы.

На время пандемии стационар перепрофилирован под прием больных пневмонией и ковидом. Чтобы принять участие в дежурстве вместе с врачами, мне, конечно, пришлось пройти ритуал облачения: комбинезон, высокие бахилы, маска, шапочка, капюшон и защитный экран. Поочередно на руки натянула перчатки, две пары: первая осталась под рукавами комбинезона, вторая – сверху...

НАША СПРАВКА

Сейчас в больнице 150 пациентов с пневмониями, у 42 подтвержден коронавирус, из них в реанимации – 12. Здесь работают 25 врачей, 57 человек – средний персонал, 23 – немедицинский.

Сквозь шлюз

На переодевание у меня ушло 15 минут. Дискомфорта в костюме поначалу не ощутила, стало лишь теплее. Через шлюз в красную зону прошла в сопровождении главного врача Михаила Брука и дежурного врача Надежды Цуриковой.

В битву с коронавирусом Малоярославецкая ЦРБ включилась практически первой в нашей области. Для работы в особых условиях врачи прошли дополнительное обучение. В красной зоне сегодня также работают девять студентов 5 – 6-х курсов медицинских факультетов Обнинского института атомной энергетики и Калужского государственного университета имени К. Э. Циолковского.

Илья Чайка.JPG Для многих, наверное, будет открытием, что важные исследования проводят средние медицинские работники и от них зависит очень многое: собрать анамнез у пациента, психологически его подготовить к исследованию, правильно позиционировать на оборудовании, подобрать оптимальные параметры дозовой нагрузки, выполнить исследования высокого качества, провести противоэпидемические мероприятия после исследования и многое другое. И все это в их руках.

Экспресс-лаборатория работает круглосуточно. Дежурный лаборант Илья Чайка рассказал, что при поступлении пациента, как и положено, берутся общие анализы на кровь, сахар и мочу. А дополнительные анализы – как решит врач отделения.

Стационар

Прием пациентов сюда осуществляется только со скорой помощи. В зависимости от их состояния проводится кислородная терапия, вызывается реаниматолог.

Здесь тепло, светло и тихо. Коридоры пересекают лишь люди в белых костюмах. Передвигаются все очень быстро.

В стационаре сформировано три терапевтических отделения. Первая терапия на 49 коек и 46 из них с кислородом в стене. Вторая – на 45 коек, из них 22 койки с таким же кислородом. И третья терапия на 56 мест, где восемь коек с кислородом. Самых тяжелых пациентов сразу направляют в реанимацию.

Михаил Брук.JPG
– Сначала пациенты находятся на кислороде постоянно, круглосуточно, – поясняет главный врач Михаил Брук. – Когда организм начинает восстанавливаться, то они переходят на частичное насыщение: например, час дышат в маске, час естественным путем.

Пациенты у нас «мигрируют» по всем отделениям. Сначала пациент может поступить в реанимацию, потом на кислород, потом на концентратор. Как только человек может один день обходиться без концентратора или только 1-2 раза, то он переводится в другую больницу, реже – домой.

Уже запотели очки и защитный экран. Дышать через маску всё труднее. Сложно представить, как можно руками в плотных перчатках делать уколы, вставлять трубки.

Реанимация

Это большая зона интенсивной терапии, разделенная на несколько комнат. Прежде здесь было шесть коек, сейчас после переоборудования помещений их уже 12.

В реанимации течет своя жизнь, для непосвященных пугающая… Беспомощные люди, опутанные трубками, лежат на больничных койках. Кто на животе, кто на спине…

реаниматолог Руслан Цапков.JPG – Сегодня пациентка в медикаментозной коме, – пояснил заведующий отделением Руслан Цапков. – Пожалуй, в этот раз болеют тяжелее и даже на фоне прежних схем лечения выздоравливают дольше. К сожалению, много пациентов с сопутствующей патологией умирают. Даже на фоне всех интенсивных лечебных мероприятий.

Руслан Цапков отметил, что при подозрении на коронавирус не нужно профилактически делать КТ и что «матовое стекло» и даже 50-процентное поражение легких – не повод для паники.

Компьютерная томография, как и любой другой метод диагностики рентгеновской, не ставит диагноз никакой инфекции вообще. Это оценка поражения легких при инфекции. И если инфекция есть, то она устанавливается лабораторным способом. КТ выявляет те случаи, где поражены легкие, но это не дает понимания, есть там инфекция или нет. Подобная картина «матовых стекол» была в предыдущую эпидемию тяжелого гриппа в 2016 году. Такие же изменения могут быть при микоплазменной, аденовирусной инфекциях. Это не уникальное свойство коронавирусной инфекции.

Легкие формы инфекции можно лечить без СКТ. Если человек даже потерял обоняние, не надо бежать сразу на томографию, пока достаточно получить противовирусные средства. Если заболевание идет на спад, то СКТ в принципе не нужно делать.

Чуть больше часа я пребывала в костюме и «выползла» из него мокрой мышью. Экран запотевает, ни попить, ни вытереть капли пота. А смена у медработников – это 12 часов напряжения, переживаний за пациентов, конвейер исследований в лаборатории, а еще уколы, капельницы.

Мне же и этого было достаточно, чтобы укрепиться в собственных суждениях – жизнь изменилась, но наши врачи готовы в режиме 24 на 7 спасать своих пациентов. Независимо от того, верили больные в коронавирус или нет, носили маски или прятали их в кармане.

Фото автора.

Поделиться публикацией
Яндекс.Метрика