За шаг до мирной жизни

Игорь ФАДЕЕВ
08.05.2020 12:51
Три года воевал на передовой наш земляк Николай Фадеев, немного не доживший до Победы.

111.jpg

    Командир стрелковой роты, старший лейтенант Николай Фадеев погиб в пригороде Кёнигсберга в конце января 1945 года. Он воевал за своего отца, пропавшего без вести под Ржевом в декабре 1941 года.

   Сын за отца

    Старший сын в семье моих бабушки и дедушки Николай Иванович Фадеев появился на свет в ноябре 1923 года в селе Хохлово Мещовского уезда Калужской губернии (до 1929 года административное деление было таким). Там же он окончил сельскую семилетку. Учиться дальше не пошёл: в семье было семеро детей. Глава семьи Иван Иванович Фадеев каждый год (с осени до весны) уезжал на полгода в Краснодон работать в шахте, поскольку на колхозные заработки семью было содержать трудно. Когда Николай подрос, стал в колхозе «Заветы Ленина» трудиться помощником комбайнёра, помогал матери присматривать за младшими братьями и сёстрами. Среди них был и мой отец – Михаил Фадеев.

    Летом 1941 года мой дед, вернувшись с шахтёрских заработков, был с семьёй, в колхозе работал скотником, пастухом. В это время и пришло известие о начале войны. Дед ушёл на фронт добровольцем в первые дни войны. По воспоминаниям бабушки, за ним увязался его любимый пёс Цыган, который так и не вернулся в Хохлово. Николай, которому в ту пору ещё не исполнилось 18 лет, тоже отправился за отцом. Но в Мещовском военкомате его жёстко развернули, сказали, что, мол, навоюешься ещё, когда 18 исполнится. Но 18 дяде исполнилось во время фашистской оккупации, когда приходилось прятаться от немцев, чтобы не угнали в Германию. В январе 1942 года Мещовский район был освобождён, а в начале февраля, не дожидаясь призыва, дядя снова добровольно отправился в военкомат. В этот раз военком не смог ему отказать.

    За пару дней до расставания бабушка получила извещение о том, что её муж Иван Иванович Фадеев пропал без вести в конце декабря на Калининском фронте. Николай видел это извещение, знал о том, что происходит на том участке боёв, и понимал - это значит, что отца уже нет. Теперь он будет воевать за него и за себя.

     По воспоминаниям моей бабушки, Николай просился именно на Калининский фронт, чтобы отыскать возможные следы отца. Он туда и попал. Сражался обычным красноармейцем в стрелковом полку. Ничего про отца он так и не узнал. В ноябре 1942 года получил осколочное ранение в плечо и руку, около месяца находился в полевом госпитале. Потом на десять дней его направили на восстановление домой. Это был канун нового 1943 года, когда он приехал в родное Хохлово. Сестра и пятеро братьев не сразу его узнали. Узнала лишь мать. В доме был праздник, потому что хлеба, а тем более солдатской тушёнки здесь давно уже не видели. Из горохового концентрата бабушка делала начинку для ржаных пирогов. По тем временам это было поистине царское угощение! Но дни на родине были скоротечны. В январе Николай Фадеев снова был в своей части.

   Офицерские погоны

    Командиры взводов на передовой, особенно под Ржевом, не жили более трёх дней. Младшего командного состава в Красной Армии катастрофически не хватало. Командирам полков было предписано посылать наиболее достойных и образованных солдат в военные училища на ускоренные офицерские курсы. В числе других из своего полка в Барнаульское пехотное училище в мае 1943 года был направлен и Николай Фадеев. Ускоренные курсы – это полгода напряженной учёбы (по 12-14 часов в сутки, без выходных). По окончании полугодичного обучения курсанты получали звание младших лейтенантов и направлялись, как правило, на должности командиров взводов на фронт. В конце 1943 года младший лейтенант Фадеев был распределён в 50-ю гвардейскую стрелковую дивизию, которая к тому моменту начала освобождение восточной Белоруссии. В июле 1944 года младший лейтенант Фадеев со своим взводом участвовал в освобождении города Барановичи. Когда батальон залёг, неся большие потери под пулемётным огнём немцев, Николай Фадеев и ещё несколько бойцов ночью скрытно подползли с тыла к позициям немцев и забросали пулемётные расчёты гранатами. За этот бой мой дядя получил свою первую медаль «За отвагу», а чуть позже был представлен к очередному офицерскому званию. В ноябре 1944 года он уже командовал стрелковой ротой.

    По воспоминаниям бабушки, письма домой он писал нечасто, трижды присылал посылки с продуктами. В одной из них был даже трофейный шоколад для братьев и сестёр.

   Ботинки от брата Коли

    Последнее письмо пришло в начале января 1945 года. В нём Николай сообщал, что он получил звание старшего лейтенанта, что война скоро закончится, что их 3-й Белорусский фронт уже подошёл к Восточной Пруссии, впереди – Кёнигсберг. Николай ещё писал, что после Победы хотел бы вернуться к мирной жизни, если отпустят из армии.

    Но до мирной жизни Николаю Фадееву не довелось дожить совсем немного. 24 января 1945 года в районе посёлка Клайн Бершкурен (ныне Северная Польша) его стрелковая рота попала под миномётный обстрел, в результате которого командир получил смертельное ранение: до госпиталя его так и не довезли. Об этом в своём письме на имя матери сообщал замполит роты лейтенант Уваров. Посмертно дядя был представлен к ордену Красной Звезды. И это письмо, и похоронка пришли в конце февраля.

    До конца своей жизни моя бабушка получала пособие на погибшего сына-офицера. Это пособие составляло почти 23 рубля. И ещё около семи рублей она получала пенсию от колхоза.

    За пропавшего без вести мужа бабушка не получала ничего. На «Колино пособие» были выращены все дети, в том числе и мой отец. Когда отец после семилетки отправлялся на учёбу в Калужское культпросвет-училище, именно на пособие старшего брата бабушка купила ему ботинки. До тех пор братья на всех имели одну пару летней обуви. В школу после войны ходили босыми. А первые ботинки отца – это его память о погибшем старшем брате. Он носил их даже после армии, до тех пор, пока они уже совсем не подлежали ремонту.

Фото из семейного архива.

Поделиться публикацией
Яндекс.Метрика