Газета
Прямая линия
«Здесь зачинатель Ахмат, а здесь совершители крымцы»
Замысел хана Ахмата, задолго до вторжения тщательно изучавшего дорожную обстановку на Руси и состояние оборонительных рубежей, был гениально прост. Его наработками и планами позже как минимум дважды пользовались крымские ханы, мнившие себя наследниками могущества Большой Орды.Спустя 32 года сыновья Менгли-Гирея повторили прорыв ордынских полководцев к устью Угры, продолжили его, но у стен Калуги были остановлены князем Симеоном, сыном государя Ивана III. А вот в 1571 году крымский хан Девлет-Гирей был более успешен. Он, идя путем, намеченным Ахматом, разгромил воеводу Ивана Бельского под Калугой, а затем опричное войско царя Ивана Грозного под Серпуховом. Посады Москвы крымцы тогда сожгли дотла.
Как и любой план военной кампании, план Ахмата слагался из нескольких этапов. Основной целью на первом был, вероятно, захват Калуги, которая являлась ключом к развилке крупных дорог, выводивших ордынскую конницу в обход оборонительных рубежей к русской столице. Самая удобная дорога вела к ней через Малоярославец, именовавшийся тогда Ярославлем Малым. При обычной маршевой скорости конницы авангард Ахмата достиг бы города за сутки.
Малоярославецкие земли входили в состав удельного княжества, управление которым осуществлялось из Вереи. Серьезного сопротивления под Малоярославцем ханские полководцы не ожидали, и через два дня они могли уже быть под кремлевскими стенами.
Другая дорога к Москве пролегала из Калуги через бывшие тарусские волости и Оболенск, расположенный в нижнем течении Протвы. В планы хана, скорее всего, входил конный рейд по Оболенской дороге, призванный отвлечь на себя сосредоточенное по левобережью Оки от Серпухова до Коломны русское войско. Ордынская конница создала бы угрозу его глубокого охвата и разгрома с правого фланга.
Задуманное Ахматом блестяще осуществит столетие спустя Девлет-Гирей. А вот самому разработчику плана не повезло, поскольку на подступах к Калуге его полководцы застряли.
Почему устояла Калуга?
Согласно летописным свидетельствам, в годину нашествия Калуга не пострадала. Но каким образом город удалось отстоять, если считать верным наше предположение, что не позднее 6-12 августа ханские полководцы уже стояли около перевоза на Угре в часе не самой быстрой конной скачки до городских ворот?Основная часть русских войск находилась от Калуги на большом расстоянии и продолжала стоять на старых рубежах еще около месяца. Калужане, конечно, могли отбиться от наседавших степняков сами: боевой опыт у них был – вспомнить хотя бы поход на Новгород. Но обороняться им бы пришлось внутри городских стен, совершая иногда вылазки: для сражений с ордынцами вне укреплений у горожан не было боеспособной конницы.
Бросается в глаза прелюбопытный факт: рассказывая о батальных событиях эпохального значения, летописцы не сообщают вопреки обыкновению имен героев. Тогда как они, несомненно, были! Но все же в рамках событий того же года (а начинался он в ту эпоху на Руси 1 сентября) имя одного из героев косвенным образом отмечено.
«Принц крови»
Вторым по значимости «событием года» в аристократических кругах столицы считалось венчание удельного князя Василия Михайловича с Марией Палеолог, племянницей государыни Софьи. Известный полководец, имевший славное прозвище Удалой и заслуги перед государством, входил в число близких родственников государя всея Руси. У Василия и без того имелась превосходная родословная. Князь, как и государь Иван, являлся правнуком легендарного Дмитрия Донского. Так что в глазах европейских дипломатов Василий занимал высокое положение «принца крови», обладая в случае пересечения династии правами на русский престол.В годы осложнившихся отношений с Большой Ордой князь управлял делами от имени престарелого отца в Верее и Малоярославце. Хотя семейные владения находились на некотором отдалении от окского пограничья, именно здесь Василий Михайлович в 1472 году снискал в сражениях с ордынцами громкую славу. Прибыв с отрядами удельной конницы из-под Малоярославца, князь разбил тогда рвавшихся к Оболенской дороге степняков где-то в районе современного Ферзикова и с обоями вытеснил их на правобережье Оки, едва ли не первым на Руси применив пушки «в поле».
Покровительство Ивана III в устройстве брака князя Василия с Марией Палеолог, особой «царственной крови», вполне могло быть признанием его новых, более впечатляющих заслуг в пору Ахматова нашествия. Но каких именно заслуг? Исправленные летописи о подвигах ратоборца умалчивают. Поскольку ему приходилось собирать отряды по своему уделу, то можно догадаться, что действия князя были связаны с Малоярославцем и попавшей в опасное положение Калугой. Надо полагать, князь Василий принадлежал к числу немногих прозорливцев, которые допускали возможность наступления ордынцев через Калугу в обход позиций русской обороны. Как удельный владетель, он, конечно, имел право держать профессиональных воинов-послужильцев наготове по собственному усмотрению. В итоге замыслы Ахмата были раскрыты.
Опала и забвение
К несчастью (в том числе и для современных исследователей той эпохи) Василий Удалой недолго грелся в лучах славы. Спустя года три после нашествия Ахмата князя обвинили в причастности к преступлению. В кремлевском семействе вспыхнул скандал, грозивший разрушить брак государя с Софьей Палеолог. На это втайне надеялся его старший сын от первого брака Иван Молодой. Не терпевший мачеху-гречанку наследник престола сам стал к тому времени отцом и уже видел сына Дмитрия своим преемником. Друзьям Ивана Молодого удалось уличить привыкшую к роскоши Софью в «нецелевом использовании» фамильных ценностей правящего дома. А подстрекала ее к этому якобы племянница Мария, супруга князя Василия.Дабы спасти династический брак и лицо правящего семейства, бояре обвинили в пропаже ценностей Марию. За то, что не досмотрел за женой, Василий угодил под арест. Но вряд ли кто-то жаждал бесчестной расправы над ратоборцем. Дело было обставлено так, будто бы князь сбежал из-под стражи вместе с вороватой супругой. Беглецы благополучно перебрались за рубеж и вели потом частную жизнь в литовских землях. Повествующие о нашествии Ахмата рукописи нескладно переписали, вымарав персону Василия и тем самым поставив потомков-историков в затруднительное положение.
