Прожить десятки жизней

- Я не знаю людей, которые сразу бы планировали многодетную семью, - говорит Анна Губанова. - Я вообще ничего не планировала, тем более на такой долгий срок. Мы с мужем воспитывались в семьях, где было по двое детей, и каждый последующий ребёнок в нашей семье появлялся тогда, когда мы были морально и материально готовы к этому событию.

Сохранённое имя

Число 7 в семье Игоря и Анны Губановых символическое. Семь лет разницы между супругами, семь лет разницы между тремя детьми.

– Для меня такой промежуток был очень удобен: я успевала восстановиться физически, к моменту рождения младшего старший шёл в первый класс, – рассказывает Анна.

О том, сколько будет детей, супруги не задумывались. Анна твёрдо знала лишь одно: если родится девочка, она назовёт её Полиной в честь бабушки, которую очень любила.

Полина Александровна Минаева окончила Херсонское авиационное училище, работала инструктором-летчиком. Во время Великой Отечественной войны воевала на Карельском фронте, была единственной женщиной-пилотом в полку ночных бомбардировщиков. Совершала боевые вылеты на бомбардировку и разведку объектов противника.

– Она была невероятно добрым и бескорыстным человеком, – рассказывает Анна. – Мне даже казалось, что такой доброй просто нельзя быть: она готова была последнее отдать.

В мирное время женщину-ветерана часто приглашали в школы выступать перед детьми. Однако дома о войне, как и многие, говорить она не любила.
Супруги очень радовались сыновьям, но до рождения Полины Анна чувствовала, что миссия выполнена не до конца.

– Надо было «закрыть гештальт», – смеётся она. – Во-первых, из-за бабушки. А во-вторых, я жадная до впечатлений: люблю путешествовать, видеть и чувствовать новое. А девочка в семье – это совершенно новые ощущения. Она учит и меня быть девочкой, потому что я совсем не такая. Рисование, танцы, юбочки-рюшечки… В свои 8 лет она хочет косметику, которой я не пользовалась до конца школы.

Это не мешает Полине быть достойной сестрой двух братьев: получив на своё пятилетие в подарок велосипед, барышня попросила у папы гаечный ключ, открутила страховочные колёсики – и ушла на двухколёсном «за горизонт».

Свобода быть собой

– Создатель надо мной посмеялся, – признаётся Анна. – Он послал мне настолько разных детей, что я «прокачиваю» все свои навыки. Я научилась гибкости, приятию и смирению. Вряд ли я на детей смогла как-то серьезно повлиять: каждый пришел в этот мир яркой индивидуальностью, живёт и развивается по-своему.

Старший Илья – в папу: очень мягкий, спокойный, обладает особым даром дружить и уживаться со всеми. Но его неторопливый, размеренный темп жизни вошёл в такой диссонанс с маминой стремительностью и активностью, что Анне пришлось учиться «замедляться». Даже сейчас, когда 22-летний сын успешно учится в магистратуре Санкт-Петербургского государственного университета телекоммуникаций, без всякой протекции самостоятельно поступив на бюджетное отделение, и приезжает домой пару раз в год, маму всё ещё изумляет сама возможность успешного существования в таком «замедленном темпе».

Зато средний Филипп оказался с мамой на одной волне.

– Я изначально была уверена, что с ним не будет проблем, потому что это стопроцентное попадание в мою энергетику, – рассказывает Анна. – В нём как в зеркале я вижу отражение себя. Во дворе он всегда был центром притяжения. В любое увлечение ныряет с головой – и не успокоится, пока не достигнет нужного ему уровня. И мы всегда его в этом поддерживали. Бальные танцы, конный спорт, колокольный звон, альпинизм, туризм, живопись, горные лыжи, плёночная и цифровая фотография – сложно сказать, чем он не увлекался. К его 15 годам мы с ним прожили тысячу жизней! С восьми лет он занимался в «Дружине Андрея Первозванного»: турслёты и лагеря, сплавы на байдарках и катамаранах, нереальные походы на выживание, после которых «Тропа мужества» показалась ему лёгкой прогулкой...

Фотографией Филиппа увлёк дед, отец Анны. Владимир Степанович Безверхий был известным в городе журналистом и фотографом-любителем.

– Мой отец умел «поймать» эмоции – я не видела фотопортретов лучше, чем у него, – говорит Анна. – И я замечаю, что сыну это передалось: у Филиппа такое же потрясающее видение.

Заметила это не только мама: 15-летнего Филиппа часто приглашают в качестве фотографа на городские праздники и волонтёрские мероприятия, просят провести съёмку для бизнес-проектов. Недавно юный фотограф проводил мастер-класс по технологии «мокрой» фотопечати для всех желающих приобщиться к классической технике фотографии.

Однако в подростковом возрасте проявились и проблемы такой разносторонней личности. Выяснилось, что стандартные школьные предметы в число увлечений Филиппа не входят. Зачитываясь биографиями известных бизнесменов, свободолюбец и нонконформист хочет учиться исключительно тому, что ему важно и интересно, – это и стало предметом семейных споров. Хотя Анна, будучи человеком широких взглядов, некоторую правоту сына признает.

– Ему не нужен 10-й класс: он за эти два года успеет прожить ещё десять жизней, – соглашается она. – Это сложно принять, но дети сейчас совсем другие: они свободны, они шире мыслят и понимают, чего хотят.

В 2016 году Владимир Степанович Безверхий и его внук Филипп Губанов вышли на парад Победы с одинаковыми фотоаппаратами: каждый сделал свою серию снимков. Совместная выставка этих фото прошла в 6-й школе, где учится Филипп.

Кому нужен стимул?

Сейчас Анна управляет небольшим семейным бизнесом, у мужа – врача-офтальмолога – частная практика. Работа не по найму приучила рассчитывать только на себя.
Льгот у многодетной семьи почти нет. Они не ждут преференций. Однако декларируемые меры поддержки Анну иногда возмущают.

– В областном законе прописано, что многодетные семьи имеют право на льготный процент по ипотеке, – рассказывает Анна. – Мы брали ипотеку под самый высокий процент в 2009 году, не раз обращались в банк с просьбой пересмотреть процентную ставку - и всегда получали отказ. Обращение к местным чиновникам ничего не дало: «Это же частный бизнес, что мы можем сделать».

Не очень правильным считает Анна и то, что выделяемые на поддержку многодетных средства нередко направлены на помощь тем, кто не стремится сам улучшить свою жизнь, порой даже и работать не хочет.

- Я понимаю: деньги ограничены, власти спасают от нищеты, предупреждают преступность, - рассуждает многодетная мама. - Но возникает вопрос: а что мы стимулируем таким образом?..