Газета
Прямая линия
К месту назначения
…Долгожданный обоз, запряжённый волами и верблюдами, прибыл. И мы, переправившись через Урал на пароме, оказались в Азии. Всё здесь было непривычно. И эти громадные верблюды, и странные упряжки быков, и незнакомые люди, говорившие на ломаном русском языке.К месту назначения в селение Чагатай нас привезли во второй половине дня. Разместили в маленькой мазанке пять семей – всего 15 человек. Дорога нас очень утомила, мы начали устраивать себе ночлег на земляном полу. Принесли солому – поля были рядом. Смотрим, а к нам идут местные жители. Все – в белых платьях и белых штанах. Подошли, говорят между собой по-казахски, ничего не понятно. Тётя Поля Ивахина – женщина с юмором – руками начала жестикулировать и выкрикивать что-то вроде «курлы-мурлы», подражать казашкам. Они рассмеялись. А тётя Поля показала, что нам есть нечего. Местные принесли айрана и лепёшек. Мы благодарили кто как мог.
На следующий день нам нашли жильё с хозяевами и дали работу каждому. Подбирали колосья за комбайном. Возили зерно на зерноток на быках. Самое страшное – ночью на току, вдали от населённого пункта, охранять зерно от дезертиров, которых было много в то время. Да ещё в степи змей полно.
В сентябре мы узнали из писем с фронта, что наше село второй раз оккупировали немцы. Потянулись напряжённые дни беспокойства за родных.
В октябре мне предложили работать в школе, вести четвёртый класс. Выходить в поле в моей одежде было невозможно. А дети не обращали внимания на боты в заплатах из тряпок, на тапки из дерматина, какие раньше шили для покойников.
Пришла зима. В школе тепло, а на улице мороз до 50 градусов. В совхозе начали готовить кадры к весенне-летним работам. Девчата Полина и Маша Ивахины получили специальность тракториста-комбайнера, Оля Аксеева и моя сестра Катя – ветсанитаров. Некоторые работали на току и на мельнице. Готовили хлеб для фронта.
Домой!
С наступлением весны появилась уверенность в победе наших войск. Летом мы работали на своих местах. Я вместе с коллективом школы занималась ремонтом здания. Делали саман – это большой кирпич из глины, смешанной с коровяком и крупно нарезанной соломой. Заливали водой и ходили по кругу босиком, размешивая эту массу.Но мы уже настроены были ехать на родину, начиналось наступление на Орловско-Курской дуге. А 13 июля рано утром мы услышали радостную весть об освобождении Ульянова от фашистов.
Чтобы вернуться домой, нужно было получить вызов из Ульяновского райисполкома. После долгих мытарств с его получением мы всё-таки едем! Ждали долго, пока посадят в вагон в Уральске, пересадка в Саратове, потом в Мичуринске, не говоря уже о мелких полустанках. Спасибо моей хозяйке, которая дала нам жареной пшеницы в дорогу. Она нас немного выручала.
В начале октября приехали в Козельск. Он тогда был в Орловской области, но мы всё равно чувствовали близость родной земли. До дома оставалось 50 км. Рано утром взяли свои вещи, корзинку в виде чемодана и какую-то сумочку, и пошли. Обуви нашей, изношенной и изорванной, хватило только выйти за Козельск. А дальше мы завернули ноги оставшимся бельём и шли по обочине дороги, чтоб не так было больно ступням.Трудно и больно было смотреть на последствия оккупации. Разрушено Дретово. Вместо домов – высокий бурьян в Колосове, пугающий своим безмолвием. К Старице мы подходили уже к вечеру. Страшно было идти по кладбищу танков, что остались после боя на северной стороне за селом.
Начнём сначала
В Ульяново пришли поздно вечером. Нашли свой дом, а в нём – ни окон, ни дверей, ни пола. У фашистов там была конюшня. Но осталась лавка у крыльца. Сели мы на неё и заплакали.Всех родственников выгнали фашисты как партизанские семьи. Потом уже узнали, что они в Орловской области, в Камаричском районе. Сидим и не знаем, куда идти. Уже темно и холодно, света ни у кого нет.
Слышим, кто-то разговаривает и идёт к нам. А это соседи Зубаревы. Обрадовались, повели к себе домой. Тётя Арина накормила нас чем могла. Радость встречи мы омывали слезами и причитанием обо всём пережитом.
Долго мы гостили у них, пока приехали наши родные. Тогда стали приводить свое жилище в порядок, чтоб можно было в нём перезимовать. Хоть и холодно, и голодно, но мы теперь дома, на своей милой многострадальной благодатной земле. Вместе со всеми мы начинали восстанавливать из руин свою малую родину, свою жизнь…
Фото военного фотокорреспондента Михаила Савина и из семейного архива Валентины Кайро, дочери М.П. Филимоновой.
