Три контракта морпеха Егорова

1 июля - день ветеранов боевых действий

Сегодня в России отмечают особый день. Он пока не имеет официального статуса, но затрагивает тысячи людей, которые защищали и защищают интересы нашей Родины. Алексей Егоров - один из них. После срочной службы в морской пехоте он трижды подписывал контракт - дважды для участия в антитеррористической операции в Чечне и еще раз - на год в Таджикистане.

Судьба - армия

- С раннего детства я кочевал по воинским частям и гарнизонам. Отец - профессиональный военный. Наконец семья оказалась в Калуге. Отсюда родом мамины родители. Здесь решили осесть. С конца 80-х Калуга - мой город. Призвали меня на срочную службу в 1998 году, в морскую пехоту, в отдельный батальон охраны генерального штаба ВМС России. Место службы - Москва. Обучение - усиленная подготовка: рукопашный бой и стрельба. У нас командир роты был боевой, смелый, хотелось быть на него похожим. После демобилизации вернулся в Калугу, подумал, и через несколько месяцев заключил контракт с военкоматом - началась антитеррористическая операция в Чечне.

Попал по распределению в Таманскую гвардейскую дивизию, 15-й мотострелковый полк, гаубичная самоходная артиллерийская батарея. Обучали на наводчика и корректировщика огня; с полковой разведкой часто отправляли в разведдозоры. 99 % задач - блокирование населенных пунктов и адресная проверка лиц на предмет причастности к вооруженным формированиям. Обычно выходили разведгруппой в 11 человек. Однажды попали в засаду. На подходе к горному селению по нам открыли плотный огонь, в том числе из минометов. Мы рассредоточились, заняли оборону, но часа через полтора-два нас окружили. Силы противника превосходили - их численность была порядка 70 человек. У нас уже убитый и раненый. Враги - вплотную. Предлагали нам сдаться. Это были хорошо обученные наемники - африканцы, мавританцы, а не чеченцы. Я их в тридцати метрах видел! Как корректировщик огня, я вызвал огонь САУ «на себя». Артиллерия сработала ювелирно. Часть духов перебили, часть - ушли: сумерки.

Прошло полгода. Вернулся в Калугу. Поискал работу и понял - меня неудержимо тянет обратно, к ребятам. Все было осознанно. Во-первых, я там нашел настоящую мужскую дружбу. Было понятно: кто - друг, кто - враг. Погибнуть за товарища - нормально. Не мог я спокойно сидеть здесь, в мирной жизни, когда мои товарищи, с которыми я сроднился, под пулями. Я решил заключить второй контракт. На этот раз меня отговаривали все - и мама, и отец.

Все было осознанно. Бог дал и провел всеми этими дорогами для большой цели - помогать людям. На войне мы не боялись. Страх приходит потом, когда возвращаешься, могли убить, мог остаться калекой. Но верил я моей прабабушке: «Ничего с тобой не случится!» До сих пор считаю, что мой путь - путь воина, и иду по нему.

Служить людям

- Поскольку у меня был уже боевой опыт, распределили в разведвзвод главной военной комендатуры Чеченской Республики. Работа была та же - адресные проверки. Воинская специальность у меня была разведчик-пулеметчик. Однажды поступила оперативная информация: в пригороде Грозного в одном из домов находится группа вооруженных лиц. Мы туда выдвигаемся на БДМ (боевой разведывательно-десантной машине), не доезжая километра до точки, - фугас на обочине, управляемый. Глаза я открыл только в военном госпитале - в Ростове. Эвакуировали «вертушкой». Были и погибшие, были раненые, а у меня - ни одной царапины. Только контузия сильная. После лечения вернулся в строй.

Третий контракт на год заключил в 2003 году и уехал в Таджикистан. Мы обеспечивали боевое прикрытие и усиление знаменитого Пянджского погранотряда, предотвращали незаконные проникновения на нашу территорию. Везли все: наркотики, оружие, доллары, пытались перейти границу группы террористов; мы открывали плотный предупредительно-заградительный огонь. Были пресечены незаконные переходы через таджикско-афганскую границу - героин, соломка, трава, доллары, но мы ни единого перехода не допустили. Граница была на замке!

В Калуге устроился на работу в милицию, в Ленинское РОВД. Оперативником. И заочно поступил на юридический факультет Института международного права и экономики им. Грибоедова, специализировался я по гражданскому праву, поэтому уволился из милиции и стал работать гражданским юристом, помогать людям.

Сказать, что жизнь моя складывалась легко, - это вряд ли. Но помогала воинская закалка, как и сейчас, дружба и поддержка морпехов из «Тайфуна» и ветеранов «Боевого братства». Там, где мы, там победа!


Из досье

Алексей Егоров, 43 года, из семьи потомственных военных, оба деда - участники Великой Отечественной войны. Ветеран боевых действий, награжден медалями «За ратную доблесть» и «Воин-интернационалист».

Беседовал Пётр КАТЕРИНИЧЕВ.

Фото из личного архива Алексея Егорова.