Газета
Прямая линия
Жить и бороться
Лето и осень сорок первого года. Тревожные вести с фронта. Похоронки. В ночном небе над Тарусой — надрывный вой фашистских самолетов, летевших бомбить Москву. На какое-то время на оперативной карте Западного фронта появляется тарусское направление. Реки Ока и Таруска назывались здесь естественными преградами. Калужский большак был обозначен как стык двух дивизий, важная коммуникация на подступах к столице. Игнатовская гора именовалась высотой с такой-то отметкой. Беховская церковь на правом берегу Оки — ориентиром, и тоже с номером.24 октября около трех часов дня моторизованные подразделения 260-й пехотной дивизии вермахта ворвались в город. Настали черные дни оккупации — на стенах домов и заборах появились листы со зловещей свастикой, приказы немецкой комендатуры. Зазвучала чужая лающая речь на улицах.
Народная память навсегда сохранила чудовищные преступления, совершенные врагом. В деревне Исканское фашисты бросили в горящую печь трехлетнего сына колхозника Назарова. В соседней деревне расстреляли инвалида Жулина за то, что нашли у него красноармейскую гимнастерку. В деревне Исаково палачи повесили четырех колхозников-активистов, засекли плетьми старика Лапшина, не уступившего дорогу немецкой подводе. В деревне Льгово, нашей тарусской Хатыни, каратели согнали в сарай пленных красноармейцев и местных жителей и подожгли его.
Но Тарусская земля продолжала жить и бороться. История оккупации района — это, во многом, история великого человеческого мужества и личного подвига. В октябре сорок первого года была создана оперативно-разведывательная группа из пяти человек во главе с секретарем райкома партии Василием Аксеновым. Партизаны переправились через Оку, расположились в землянке в лесу и действовали в тылу врага. Геройски погиб в схватке с фашистами партизан Филипп Шумилин.
Колхозница из деревни Гавриловки Федосья Максимовна Матвеева в дни оккупации спасла в своем тайном госпитале двенадцать раненых советских воинов. Не имея медицинского образования, пожилая женщина провела две операции — ампутировала пальцы ноги из-за начинающейся гангрены лейтенанту Крахмалю и извлекла пулю из плеча старшего сержанта Кузьменко. В деревне Гурьево спасла от смерти тяжелораненого командира Карликова восьмидесятилетняя Наталья Васильевна Потрихалина.
А подвиг тарусских врачей, рискуя жизнью, спасавших раненых советских бойцов! В центре города, в здании банка, раненые лежали на цементном полу, обреченные на медленную смерть. Врач-терапевт Черняева добилась разрешения у немецкого коменданта поместить их в пустовавший инфекционный барак и там оказывать им помощь. Прослышав о госпитале, крестьяне стали привозить сюда раненых солдат из окрестных деревень. Выздоравливающих скрывали под видом больных, чтобы не отправлять их в немецкую комендатуру — обман мог быть раскрыт в любой день.
Не Москва ль за нами?..
Бои за освобождение Тарусского района развернули части 49-й армии под командованием генерал-лейтенанта И. Г. Захаркина. 14 декабря ее стрелковые дивизии, усиленные двумя танковыми бригадами под прикрытием авиации, взломали оборону немцев на рубеже от Алексина до Тарусы. Началось освобождение нынешних Жуковского и Тарусского районов.
В ночь на 16 декабря передовые части 133-й стрелковой дивизии и 26-й отдельной курсантской стрелковой бригады захватили плацдарм на западном берегу Оки севернее Тарусы и к исходу дня вместе с подразделениями 194-й стрелковой дивизии вышли на фронт Потетино – Волковское – Салтыково – Услимово – Больсуново. В этот день 19-я отдельная курсантская бригада вела бои за Кузьмищево.
За сутки до штурма советские разведчики, скрытно пройдя по льду реки Тарусы, проникли в глубокий тыл врага и принесли в штаб ценные сведения. На следующий день после короткой, но сильной артподготовки, в которой участвовали «катюши», наши части форсировали реку, овладели селами Волковским, Кузьмищевым, устремились к деревням Исканское и Льгово. Южнее Тарусы советские воины захватили деревни Алекино, Бортники, Слащево и дорогу Таруса – Калуга.
19 декабря 1941 года бойцы 160-го отдельного разведбатальона 5-й гвардейской стрелковой дивизии на рассвете вошли в Тарусу. Им помогала «снежная кавалерия» - лыжники 41-й курсантской бригады. Старожилы рассказывали, каким ясным и морозным было то счастливое утро, как взметнулся в небо алый флаг над зданием райисполкома, как по главной улице Ленина шли и шли советские воины — шли дальше, на запад. Уже через несколько дней на четверти газетного листа вновь вышел первый номер районной газеты «Октябрь»: «Здравствуй, Таруса, - вместе со всеми ликовал автор передовой заметки, - наш родной древний город! Ты снова возвращен в семью свободных советских народов...»
Сюда, на заснеженные поля под столицей, в те великие и страшные декабрьские дни 1941 года было обращено внимание всего мира. Здесь «непобедимая германская армия» потерпела небывалое до сей поры поражение. В тринадцати известных братских могилах спят вечным сном герои, отдавшие жизнь за освобождение Тарусского района. Той последней пяди земли, с которой отступать было некуда — позади Москва.
В статье использованы материалы музейно-краеведческого центра «Дом Позняковых».
