Газета
Прямая линия
Масштабы катастрофы могли бы быть неизмеримо больше, если бы не мужество и самоотверженность ликвидаторов аварии. Рискуя своей жизнью, они выполняли гражданский долг, защищая людей от воздействия и дальнейшего распространения радиации. Были среди них и мосальчане.
Александра ПАШЕНКОВА и Владимира МАТЮХИНА Родина отметила высокой правительственной наградой - орденом Мужества. Сегодня они вспоминают о той страшной трагедии.
Александр Пашенков:
- В ноябре 1986 года меня вызвали в военкомат, объявив военные сборы. Из Мосальского района трех человек командировали на ликвидацию последствий аварии на ЧАЭС. Нелегко было расставаться с семьей - дома остались жена и маленькие сыновья. Со мной был послан и Владимир Климушкин из Калуговки. Сначала нас отправили в Калугу - в военкомат, затем в Курск - в танковый батальон, где переодели в военную форму, далее эшелон последовал в Киев, затем в Чернобыль. Перед нами предстала жуткая картина: вымершие дома с настежь распахнутыми дверями и окнами, черные деревья с нетронутыми огромными яблоками, бездомные животные.
Я работал на химической машине по обработке дорог, строений. Мы вели работы по снижению количественных уровней выбросов, прибивали к земле радиоактивную пыль. Понимал, что это небезопасно, ведь работали в масках и обычной военной форме, а не в костюмах химзащиты. Дозу облучения особо никто не контролировал. Но мой отец всегда учил меня быть верным Родине, не пасовать перед опасностью и беспрекословно выполнять гражданский долг. Я старался всегда этому соответствовать, поэтому работал на совесть, понимая, что моя помощь необходима стране и людям.
Моя командировка вместо недели продлилась два месяца. Все это время мы не получали вестей из дома, нам тоже не разрешалось ничего сообщать о себе. Домой вернулся в январе, неожиданно для семьи. Мы выстояли, с честью выполнив свой долг, и остались живы.
- В ноябре 1986 года меня вызвали в военкомат, объявив военные сборы. Из Мосальского района трех человек командировали на ликвидацию последствий аварии на ЧАЭС. Нелегко было расставаться с семьей - дома остались жена и маленькие сыновья. Со мной был послан и Владимир Климушкин из Калуговки. Сначала нас отправили в Калугу - в военкомат, затем в Курск - в танковый батальон, где переодели в военную форму, далее эшелон последовал в Киев, затем в Чернобыль. Перед нами предстала жуткая картина: вымершие дома с настежь распахнутыми дверями и окнами, черные деревья с нетронутыми огромными яблоками, бездомные животные.
Я работал на химической машине по обработке дорог, строений. Мы вели работы по снижению количественных уровней выбросов, прибивали к земле радиоактивную пыль. Понимал, что это небезопасно, ведь работали в масках и обычной военной форме, а не в костюмах химзащиты. Дозу облучения особо никто не контролировал. Но мой отец всегда учил меня быть верным Родине, не пасовать перед опасностью и беспрекословно выполнять гражданский долг. Я старался всегда этому соответствовать, поэтому работал на совесть, понимая, что моя помощь необходима стране и людям.
Моя командировка вместо недели продлилась два месяца. Все это время мы не получали вестей из дома, нам тоже не разрешалось ничего сообщать о себе. Домой вернулся в январе, неожиданно для семьи. Мы выстояли, с честью выполнив свой долг, и остались живы.
Владимир Матюхин:
- В Чернобыль я был командирован 23 мая 1987 года и пробыл там до 10 августа, попал как раз в самое пекло. Ехать или не ехать - сомнений не было. Кто-то «поплакался», мол, семья, дети, и отказался ехать. Но я решил: раз надо, значит, надо. А ведь дома тоже осталась семья – сыновья четырех и шести лет.
От увиденного – волосы дыбом. Пустые дома, улицы, испепеленная земля. Работал стропальщиком в транспортном коридоре под третьим и четвертым энергоблоками. Вместе с другими ликвидаторами загружал зараженный радиоактивный мусор в контейнеры для вывоза его в «могильники». Сначала было страшно, понимал, что работа очень сложная, ответственная. А кругом радиация и смертельная опасность. Потом все это вошло в привычку, и о последствиях я уже не думал.
Последствия этой командировки сказались на моем здоровье. Сейчас я на инвалидности, не работаю.
- В Чернобыль я был командирован 23 мая 1987 года и пробыл там до 10 августа, попал как раз в самое пекло. Ехать или не ехать - сомнений не было. Кто-то «поплакался», мол, семья, дети, и отказался ехать. Но я решил: раз надо, значит, надо. А ведь дома тоже осталась семья – сыновья четырех и шести лет.
От увиденного – волосы дыбом. Пустые дома, улицы, испепеленная земля. Работал стропальщиком в транспортном коридоре под третьим и четвертым энергоблоками. Вместе с другими ликвидаторами загружал зараженный радиоактивный мусор в контейнеры для вывоза его в «могильники». Сначала было страшно, понимал, что работа очень сложная, ответственная. А кругом радиация и смертельная опасность. Потом все это вошло в привычку, и о последствиях я уже не думал.
Последствия этой командировки сказались на моем здоровье. Сейчас я на инвалидности, не работаю.
Герои
Владимир Воробьев, Зинаида Коноплева, Владимир Матюхин, Александр Пашенков, Дмитрий Тепикин – эти мосальчане – ликвидаторы последствий аварии на Чернобыльской АЭС до сих пор в строю, их любят и уважают местные жители.
К сожалению, уже нет среди нас Сергея Алексеева, Николая Кузнецова, Владимира Климушкина, Владимира Балахонова.
Вечная им память.
