Газета
Прямая линия
Большая часть жизни этого замечательного человека и начало его литературной и журналистской деятельности неразрывно связаны с нашей областью. Именно из Калуги он уходил на фронт, сюда потом и вернулся, потеряв на войне часть здоровья.
Николай Калужский
Такой псевдоним был у нашего земляка, он подписывал им некоторые свои стихи и журналистские материалы. Николая Панченко хорошо знали многие калужские писатели и журналисты старшего поколения.
Он родился в Калуге в апреле 1924 года, закончил здесь школу, потом была война. Сержант Коля Панченко прошел ее в пехоте, в составе Воронежского, 1-го и 4-го Украинских фронтов. Был дважды контужен и тяжело ранен. После ранения по состоянию здоровья последние военные месяцы он служил младшим специалистом 242-го авиаполка. Военный опыт, отразившись в его творчестве, сформировал его личность. Война, нравственный долг перед Родиной в дальнейшем стали одной из важнейших тем в творчестве поэта.
Мы свалились под крайними хатами –
малолетки с пушком над губой,
нас колхозные бабы расхватывали
и кормили как на убой.
Отдирали рубахи потные,
терли спины – нехай блестит!
Искусали под утро – подлые, усмехаясь:
«Господь простит…»
А потом, подвывая, плакали,
провиантом снабжали впрок.
И начальнику в ноги падали,
чтобы нас, как детей, берег.
1942 г.
Николай Панченко показывал войну такой, какой ее и видел, ничего не приукрашивая, ничего не скрывая. Так писать было не принято, цензура не пропускала такую откровенность. Может быть, поэтому многие его фронтовые стихи увидели свет только в годы поздней перестройки и в постсоветские годы.
Я сотни верст войной протопал.
С винтовкой пил, с винтовкой спал.
Спущу курок – и пуля в штопор, и кто-то замертво упал…
Лежат фашисты в поле чистом, торчат крестами на восток.
Иду на запад – по фашистам, как танк – железен и жесток.
На них – кресты и тень Христа, на мне – ни Бога, ни креста:
– Убей его! – и убиваю, хожу, подковками звеня.
Я знаю: сердцем убываю.
Нет вовсе сердца у меня…
А пули дулом сердца ищут.
А пули-дуры свищут, свищут.
А сердца нет, приказ – во мне: не надо сердца на войне.
Я долго-долго буду чуждым
Ходить и сердце собирать
– Подайте сердца инвалиду!
Я землю спас, отвел беду.
Я с просьбой этой, как с молитвой, живым распятием иду.
– Подайте сердца! – стукну в сенцы.
– Подайте сердца! – крикну в дверь.
– Поймите, человек без сердца – куда страшней, чем с сердцем зверь…
И где-нибудь, в чужой квартире, мне скажут:
– Милый, нет чудес: в скупом послевоенном мире
всем сердца выдано в обрез.
1944 г.
Опалённая память
После войны Николай вернулся в родной город, родные и близкие его не узнали: так памятный им мальчишка изменился за эти несколько фронтовых лет.
Когда я вернулся с войны, меня не узнали,
Говорили, что знали такого-то, но что это не тот…
Убивали меня, воскрешали, до зубов пеленали,
Через край зашивали суровыми нитками рот.
И вернулся, конечно, не тот. Но – вернулся! –
Чтоб, к земле приклонившись, вернуть хоть какого – того!
Сколько раз, не сломав головы, через голову перевернулся
Искушенный преемник – наследник пути моего.
И покуда живой – тот вернувшийся – тлеет надежда,
Что проснется однажды, разжав кулачонки, во мне
Долгожданный, дурной, по сегодняшним меркам – невежда,
Позабывший о славе, о грязи, о прошлой войне…
1976 г.
ДОСЬЕ
В Калуге Панченко закончил учительский институт. Еще будучи студентом, сотрудничал с областной молодежной газетой «Молодой ленинец», куда и был приглашен на работу сначала корреспондентом, а затем вырос и до главного редактора. Именно в областной молодежке в 1954 году им была опубликована первая подборка стихов калужского учителя Булата Окуджавы, который не раз признавался, что как литератор он обязан тому, что его открыл Николай Панченко. Будучи редактором Калужского книжного издательства, Панченко составлял первый поэтический сборник Окуджавы. Редактировал и составлял он также получивший известность сборник «Тарусские страницы», где впервые была представлена проза Окуджавы. Оба писателя-фронтовика дружили всю жизнь. Даже их дачи в Переделкине были относительно недалеко друг от друга.
В Калуге Панченко закончил учительский институт. Еще будучи студентом, сотрудничал с областной молодежной газетой «Молодой ленинец», куда и был приглашен на работу сначала корреспондентом, а затем вырос и до главного редактора. Именно в областной молодежке в 1954 году им была опубликована первая подборка стихов калужского учителя Булата Окуджавы, который не раз признавался, что как литератор он обязан тому, что его открыл Николай Панченко. Будучи редактором Калужского книжного издательства, Панченко составлял первый поэтический сборник Окуджавы. Редактировал и составлял он также получивший известность сборник «Тарусские страницы», где впервые была представлена проза Окуджавы. Оба писателя-фронтовика дружили всю жизнь. Даже их дачи в Переделкине были относительно недалеко друг от друга.
Владимир Кобликов, Булат Окуджава, Николай Панченко и Николай Авдонин. Калуга, 1961 г.
В апреле 2004 года в Центральном доме литератора прошла творческая встреча Николая Панченко, посвященная его 80-летию, на ней были некоторые калужские писатели. Это было последнее публичное появление поэта, его общение с читателями и коллегами по литературному цеху. Жизни оставалось совсем немного: менее полутора лет, в течение которых Николай Васильевич боролся с недугами, полученными еще на фронте.
Игорь Фадеев.
Фото из открытых источников.
