«Мы вернулись домой»

Нигде, кроме России

Подготовка к референдуму - это в первую очередь формирование участковых комиссий, назначение избирательных участков, где будет проходить голосование, оснащение их оборудованием. Все это было необходимо подготовить в ЛНР. Три района, в которых работал Александр, проходят по линии реки Северский Донец. С 2014 года там пролегала собственная линия разграничения и самая протяженная линия боевого соприкосновения - более 90 километров. Часть территории с 14-го года находилась в составе ЛНР. Некоторые районы были освобождены уже в ходе специальной военной операции.

- Обстановка и в августе оставалась тревожной, - рассказывает Александр, - например, нам нужно посмотреть участок, а это, как правило, или Дом культуры, или какое-то административное здание, или школа. Мы подъезжаем к школе, а она догорает. Прилет... Но, пообщавшись с жителями, я могу утверждать: там живут абсолютно наши русские люди. Они мыслят себя русскими. Думают как русские. И в подавляющем большинстве не видят себя нигде, кроме России. Еще в первую поездку, когда была неизвестна дата референдума, все, с кем мы встречались, задавали только один вопрос: «Когда? Мы давно готовы!»

Решением властей референдум должен был проходить по избирательному законодательству, уже максимально приближенному к российскому. Наконец дата голосования была объявлена: с 23 по 27 сентября, четыре дня - выездное, на придомовых территориях, в отдаленных населенных пунктах, на предприятиях с беспрерывным циклом работы. Охват должен был быть максимальным. А на пятый день открывались стационарные избирательные участки.

- Итоги референдума - запредельная явка, свыше 90 процентов, и абсолютное большинство голосов «за» - все это я это видел лично, - отмечает Александр Проказов. - Люди шли голосовать семьями. Они обнимали друг друга, радовались, поздравляли друг друга с праздником. Да, у комиссий не было такого опыта, как у специалистов в Российской Федерации. Да, были районы со сложной обстановкой - и это не связано с прилетами или деятельностью диверсионных разведывательных групп. Люди боялись.

И это понятно. В некоторых районах участковые комиссии менялись по несколько раз, им поступали угрозы. Были и те, кто голосовал протестно. Но этот процент - мизерный. Я наблюдал это вживую: несколько тысяч голосов «за» в толстой стопке бюллетеней и лишь единицы - «против».

Люди из стали

В подавляющем большинстве на референдуме работали девушки и женщины. Мужики - на фронте. И всю работу они делали прекрасно, четко, слаженно, на фоне того, что у кого-то муж, у кого-то брат или отец сейчас на передовой.

- Военные делают свою работу, освобождая территории. Но Победа, в самом главном, глобальном ее понимании, для местных жителей - это, конечно, вхождение в состав Российской Федерации, - говорит Александр. - Мы на избирательных участках с этими женщинами, чьи родные воюют, собственно, приближали эту победу. И она случилась. Выбор сделан. Это искренние, неподдельные эмоции - люди приходили на голосование с фотографиями своих погибших родных. Некоторые, опустив бюллетень, тут же демонстративно рвали или жгли свой украинский паспорт. Приходили молодые семейные пары - только что расписавшись, ребята шли на референдум. Люди плакали от нахлынувших эмоций. В деревнях выносили на улицу столы с угощением. Там умеют работать, умеют отдыхать и умеют постоять за себя.

Только-только освобожденное от укронацистов село в ЛНР. Как такового населенного пункта больше нет - он уничтожен в ходе долгих и кровопролитных боев. И в этом разрушенном селе продолжают жить люди - в подвалах, кое-как приспособленных помещениях. Людей очень мало, в основном пожилые.

- Приезжаем, и они стали потихоньку подходить. Явка в этом селе оказалась стопроцентной. Так вот, получая бюллетень, люди его целовали! Кто-то даже спрашивал: зачем вы мне тут нарисовали второй квадратик, мол, против?! Только за! - вспоминает Александр.

На некоторых участках было неспокойно. Случались прилеты и перемещения участковых комиссий в подвалы для обеспечения их безопасности. Но все-таки меры, предпринятые властями, вооруженными силами и полицией, оказались действенными. На участках, где он работал наблюдателем, голосование удалось провести вовремя, в срок, подсчитать все результаты и благополучно сдать отчеты в ЦИК Луганской Народной Республики.

По-русски

- Нас встречали действительно очень хорошо, - продолжает Александр Проказов, - а наш «московский говор» там считывается на раз. Рассказываю какие-то моменты члену избирательной комиссии, учительнице русского языка и литературы (у них - лингвистики): как должен выглядеть список избирателей, в общем, что-то организационное. А она слушает и гладит меня по руке: «Вы говорите, говорите, Александр...» Или заходим во Дворец культуры. Идет репетиция, девочка поет. Она нас увидела, познакомились — и вдруг заплакала! Мы ей: ты чего? Не разрешали петь на русском, говорит, а украинский я знаю хуже.

Они абсолютно русские. Это люди, которые не прогнулись, не сломались. Александр Проказов вспоминает, что на въезде, как только проезжаешь пункт пропуска между ЛНР и Россией, Изварино (теперь уже бывший), огромными буквами написано «Россия, спасибо!». Он, начальник штаба поискового отряда «Тарусский рубеж», продолжающего возвращать из небытия имена и факты Великой Отечественной, побывав в этих местах, с большим волнением поделился своими мыслями:

- Как передать свои чувства, когда мы проезжали город Краснодон? «Молодая гвардия» - вот эти шахты, где их замучили... Я когда узнал, что этого произведения больше нет в школьной программе, даже не поверил. Нужно его срочно вернуть! То, что было 80 лет назад в этих людях, никуда не ушло. Они - настоящие.

Референдум прошел на высоком организационном уровне и очень прозрачно. Теперь в России официально 89 субъектов и более
8 млн человек новых граждан.