Место боли

Пару лет назад, когда границы еще не были закрыты из-за ковида, мы семьей отправились в Краков. Еще дома вычитали, что недалеко от города расположен Освенцим – городок, в котором находился один из страшнейших лагерей смерти. Запланировали доехать. Никто и предположить не мог, что мы там увидим…

Тихая провинция

Многие из людей среднего и старшего поколения знают, что такое Освенцим. Им не надо рассказывать об ужасах, которые там творились. Я как раз человек из того поколения, для кого Бухенвальд – не стебный синоним худого человека.

Поэтому, когда мы увидели, что от Кракова за какой-то час можно добраться до Освенцима, не раздумывали, сразу же решили, что обязательно надо доехать и показать это ребенку.

Первое впечатление – не может быть! Тихий провинциальный городок, живущий своей жизнью. Красивые, аккуратные домики. И вот появляется тяжелая ограда, за которой видны корпуса-бараки.

Длинная вереница секций забора наконец заканчивается стоянкой. И тут ждет удивление и уважение. Несмотря на отвратительную погоду, стоянка забита битком. Причем не только туристическими автобусами, но и частными машинами. География автомобильных номеров – вся Европа. Россия, Украина, Беларусь, Эстония, Испания, Португалия, Великобритания… Люди едут сюда, чтобы увидеть и понять, как было такое возможно – на небольшой территории маленького польского городка устроить настоящий ад на Земле.

Вход на территорию комплекса заполнен людьми. То, что надо входить по билетам, несколько удивило. Но на кассе, когда мы показали российские паспорта, нам выдали бесплатные билеты.

Освенцим действительно огромен. Красно-коричневые, словно прокопченые бараки тянутся рядами, насколько видит глаз. Здесь не слышно никаких разговоров. Только отдельные голоса гидов, которые ведут группы и на многих языках мира рассказывают историю этого места. Люди идут молча. И даже создается впечатление, что испуганно.

«Работа освобождает»

Первое, что встречает тебя на входе в комплекс, – это ворота с надписью «Arbeit macht frei» («Работа освобождает»). Циничное по своей сути высказывание – в этом лагере, как и во многих других, труд никого не сделал свободным. Но мог продлить жизнь.

Впрочем, есть и другие аналогии с трудом. Точнее, даже не с трудом, а с фабрикой. Ужас этого места и всего там увиденного в том, что здесь, по сути, создан хорошо отлаженный конвейер по уничтожению людей.

В городке Освенцим, который немцы на свой лад переименовали в Аушвиц, с июня 1941 года по январь 1945-го функционировал целый комплекс лагерей.


Стерты с лица земли – не красивая метафора. От большинства из них не осталось никакого физического следа. Только упоминание в метрических документах. Обо всем этом рассказывает комплекс Освенцим.

Помимо ровных рядов бараков на территории – капитально выстроенная виселица и комплекс для уничтожения. В небольшом одноэтажном доме с огромными трубами – несколько комнат. Первая – помещение газовой камеры. Она закрывается массивной дверью с окном, в которое можно было видеть происходящее. На стенах комнаты – следы от ногтей. Их оставили люди, в отчаянии боровшиеся за жизнь.

Следующее помещение – печи крематория. Огромные печи с приспособлениями для вкатывания туда десятков трупов… Стены и потолок черного цвета от копоти. Эта копоть – то немногое, что осталось от уничтоженных здесь людей.

Вы выходите на свежий воздух, но и тут вас ждет продолжение кошмара. Рядом с крематорием – огромный ров, который напоминает пожарный пруд. Это место, куда сливали жир. Человеческий жир. Он дальше шел на производство мыла и других хозяйственных нужд.

Не пропадало ничего. Ужасающая методичность и аккуратность машины смерти. Одежда, обувь, зубы, протезы, золотые украшения, волосы. Все, что можно было отнять у человека, помимо его жизни, все забиралось и шло на нужды рейха.

Победителей помнят

Освенцим – это не просто бараки и крематорий. Это живая память. После освобождения лагеря в январе 1945 года власти хотели стереть это место с лица земли. Чтобы ничто не напоминало о том ужасе, который творился здесь на протяжении последних лет. Но решение все же было принято иное. В 1946 году власти Польской Республики решили сохранить лагерь, превратив его в мемориальный комплекс. Чтобы помнили. Чтобы знали.

Сегодня в залах музея можно увидеть не только условия, в которых жили заключенные, не только увидеть их фотографии и прочитать истории, но и увидеть горы вещей, собранных, но не отправленных в Германию.

Отдельный зал – память о людях, освободивших лагерь. 27 января 1945 года советские войска под командованием маршала Конева вошли в Аушвиц. В том момент здесь находилось около 7,6 тыс. узников. Подвиг советских солдат здесь никем не оспаривается. Это одна из основных частей экспозиции музея.

Очевидцы

История сохранила воспоминания людей, которые выжили в Освенциме. И тех, кто освобождал лагерь зимой 1945 года. Один из них – Владимир Черников. Когда он вошел в ворота лагеря смерти, ему было всего 19 лет и он только что вернулся из госпиталя после ранения.

– Первым к нам подошел мужчина в полосатой робе с повязкой на левом глазе. Он курил что-то такое вонючее, что мы спросили его: «Что за табак такой?» Он сказал, что курит солому. Нас было восемь человек, я не курил тогда, но был старшим и велел всем «выгрузиться». Мужчина, увидев несколько пачек папирос, упал на колени. Мы его подняли на ноги, он аккуратно сложил табак в свою сумочку и предложил нам посмотреть лагерь, на экскурсию повел, – вспоминал потом ветеран.

По дороге в крематорий солдаты встретили нескольких женщин.

– У нас была инструкция – ни с кем не целоваться, никого не трогать. Но они бросились нам на шею и стали целовать. Молча! Мы плакали, они плакали. Ну как я мог кого-то оттолкнуть?!

Самое сильное впечатление на молодого парня произвели люди, которые лежали на нарах и не могли встать.

– Мы зашли в один барак после крематория. Там я видел пепел, на входе – вещи и одежду… И вот когда я зашел в барак, я еще подумал: «Живой пепел». Не передать это ощущение – вроде живой человек, а вроде нет. Шоковое состояние такое было, вышел – бродят толпы народа, все в полосатых робах. Женщины в каких-то серых, засаленных то ли халатах, то ли платьях, на ногах – деревянные колодки… Кто-то сидел на земле и жевал траву… Детей не видел, а женщин было много. Трупов не видел, – рассказал освободитель Освенцима.

Владимир Черников пробыл в лагере всего три часа. Потом на его боевом пути были еще два концлагеря, но самое сильное впечатление осталось от Освенцима.

Немцы ушли из лагеря вечером 26 января. Уходили спешно. Но успели взорвать несколько крематориев и уничтожить большую часть архивных документов. Прилегающая территория была заминирована, поэтому саму «фабрику смерти» 27 января 1945 года от наступающих советских войск уже никто не оборонял.

Со дня освобождения лагеря прошло 76 лет. И дорога сюда не пустует до сих пор. Как мне кажется, это очень важно. Нам нужно видеть такие места, чтобы не забывать, что было в нашей истории, как к этому пришло человечество, какую цену оно заплатило.

И важно, чтобы это увидели дети. Это будет лучше сотни слов и флешмобов.

Фото автора и из открытых источников.