Леший ногу сломит

Это лесная боль. Пойдешь за грибами-ягодами - обязательно наткнешься на кучу мусора. И не какие-нибудь банки-бутылки, оставленные незадачливыми туристами, а целые свалки строительных и прочих отходов. Потом, чертыхаясь, будешь пробираться через валежник. Который год лежит – неужели никому дела нет? Подобные картины в лесу наблюдаем сами, об этом пишут наши неравнодушные читатели. Стоит ли бросать «шишки» в лесников? Как найти управу на полные самосвалы хлама? Чтобы ответить на эти и другие вопросы, мы отправились в леса под Калугой вместе со специалистами областного министерства природных ресурсов и экологии и Калужского лесничества.

Пила вязнет в… бумаге

Среди «живописного» бурелома не хватало только четырех медведей со знаменитой картины Ивана Шишкина. Ветер, как спички, поломал подгнившие осинки, выворотил с корнем ели в лесу по соседству с СНТ.

- Осины первыми сдаются под напором ветра. Практически все они поражены грибом - ложным осиновым трутовиком. Ствол с виду крепкий, а внутри гнилой. Если от порывов ветра падают сосны, то их тоже через пару недель поражают грибы, вызывающие синеву древесины. Она теряет свои деловые качества, - объясняет Ольга Миронова, начальник отдела защиты и охраны леса регионального минприроды.

Согласно лесной науке такие ветровалы надо убирать и делать это оперативно. «У нас в окрестных лесах не переступить! Куда лесники смотрят?» - иной раз обращаются люди к нам в газету. Те, кто постарше, вспоминают советские времена, мол, порядка тогда в лесах было больше.

- В то время были лесхозы. Они выполняли работы по очистке лесов. Сейчас это делается либо силами арендаторов, либо лицами, взявшими делянки с аукциона. За лесничествами остались только контрольно-надзорные функции. И нас граждане спрашивают: «Где лесники? Леса валежником завалены!» На самом деле лесники не имеют права заниматься расчисткой лесов. Не все наши лесничества бензопилы имеют - не предусмотрены они в числе инвентаря! - удивила Ольга Николаевна.

Оказалось, прежде чем участок начнут очищать от упавших деревьев, надо пройти сложную бюрократическую процедуру. Составляются акты лесопатологического обследования, направляются в разные инстанции, где проходят утверждение, согласование. В лучшем случае это занимает пару месяцев, но часто затягивается до года и более. Если участок не арендован, работы еще надо выставить на торги, только после этого готовить документацию к аукциону. А желающих брать сухостой в наше время мало.


Лесное законодательство сейчас в таком состоянии, что мы повсеместно видим захламленные леса. Действующие правила санитарной безопасности в лесах и подзаконные акты будут действовать до 2026 года. Правоприменительная практика показывает, специалисты ими недовольны. Все субъекты обращались в Федеральное агентство лесного хозяйства, Минприроды РФ, вносили предложения и замечания, но их, как правило, не учитывают.
Ольга Миронова.

Могучие кучи

Каких-нибудь 200 метров от дороги - и, пожалуйста, битая плитка, куски штукатурки, ведра от краски. Чего только мы не встречали во время рейдов по калужским лесам - от старинных прялок до разбитых унитазов и холодильников.

- Сваливают все - начиная со строительного мусора и заканчивая пищевыми отходами. Однажды даже шкуры животных выбросили. Но чаще всего сталкиваемся с отходами строительства. Утилизация отходов на территории Калуги не налажена надлежащим образом. И все это вывозится в лес. Мы установили фотоловушки, обо всех случаях стихийных свалок сообщаем в полицию. К сожалению, стихийных свалок в лесах становится все больше, - посетовал Павел Балоченко, заместитель директора Калужского лесничества.



- Это комплексная проблема. Есть частные организации, которые за плату вывозят мусор, но везут его не на полигоны, где надо платить, а в лес или на сельхозземли, в придорожную зону. Поймать их сложно. Разгрузить машину в лесу занимает от 3 до 5 минут. А на каждого сотрудника, к примеру, Калужского лесничества, приходится больше 7 тысяч гектаров. Люди везут мусор куда хотят потому, что не отлажена система утилизации, а нарушители убеждены, что смогут уйти от ответственности. Механизмы надо менять: нужна правильная организация накопления отходов, их перевозки, наказание для нарушителей должно быть неотвратимым, - считает Марина Агеева, начальник отдела федерального государственного лесного контроля областного министерства природных ресурсов и экологии.



Остается открытым вопрос: кому убирать свалки в лесах. Как в 2015 году от этого освободили муниципальные образования, так ответственного и не нашли. Справедливость требует, чтобы работы проводились за счет нарушителей, но законы прямого ответа пока не дают. У самих лесников нет на это ни средств, ни полномочий.

- Проблема актуальна для всех субъектов РФ. Мы проводили анализ, общались с коллегами из регионов ЦФО - везде ситуация схожая. Больше всего страдают регионы, граничащие с Московской областью. В Тульской области есть договоренность с региональным оператором, согласно которой он раз в год убирает одну большую стихийную свалку в лесном массиве на безвозмездной основе. Такая же ситуация в Ивановской области. Только проблему это не решает. Наш региональный оператор не против чтобы мы заключили с ними договор. Для уборки свалок требуется порядка миллиона в год. Но нашему министерству Рослесхоз не передал полномочия по ликвидации несанкционированных свалок в лесах, финансирование не предусмотрено, - отметила Ольга Миронова.

Не прошли дальше первого чтения в Госдуме изменения в Федеральный закон об отходах производства и потребления. Туда предлагали включить ликвидацию свалок на землях лесного фонда. Похоже, пока в деле с мусором не наведут порядок, мы так и будем «радовать» наших читателей обзорами битой плитки и старых прялок. А может, парламентариев с собой в рейд пригласить?



Светлана МАЛЯВСКАЯ.
Фото Сергея ЛЯЛЯКИНА.