«Изделия» стратегического назначения

Александр Игоревич прослужил в войсках РВСН почти четверть века. Подполковник запаса, заместитель председателя городского совета ветеранов войны и труда Калуги, заместитель председателя региональной общественной организации «Боевое братство». Наш разговор с ним состоялся накануне праздника - Дня Ракетных войск стратегического назначения, который отмечается 17 декабря.

Опасное топливо

- Я закончил Таганрогский радиотехнический институт по специальности «Автоматизированные системы управления». Сам рвался в армию, вернее, на флот, но пригодился на суше.

После учебы меня призвали на службу по специальности «лейтенант-инженер» в Йошкар-Олинскую ракетную дивизию стратегического назначения. Тогда я попал служить в полк, обслуживающий ракеты наземного пуска, которые перед запуском выдвигаются на «стартовый стол», устанавливаются. Мы проверяем все системы и модули, и потом - «Пуск!». Это были одни из первых советских баллистических ракет на жидком топливе. Оно очень токсично, все манипуляции проводились в костюмах спецзащиты. Однажды все же произошло ЧП: порвался один из топливных шлангов. Мы мгновенно надели противогазы, никто не пострадал.

Дальность полета таких ракет - 18 тыс. километров, то есть накрывало любой объект вероятного противника. Потом их заменили на твердотопливные - так безопаснее. И время подготовки к старту короче, это важно.

Не пропустить сигнал

- Вскоре я перешел служить в ракетный полк подземного базирования, ракеты были уже твердотопливные. Начинал инженером расчета, а на боевое дежурство заступал дежурным командиром роты охраны. Мы охраняли боевые стартовые комплексы. Вокруг объекта была сетка S-100 под значительным напряжением, но боевой режим включали только ночью. В полку было десять пусковых подземных стартов. Они были вооружены новейшими на то время ракетами А-20.

Впоследствии стал заместителем командира дежурных сил ракетного полка. Боевой расчет нес службу на командном пункте под землей. Заступал и на три дня, и на четыре. Физически было тяжело: когда выходили на смену, на воздух, кровь шла носом… Главное было не пропустить контрольный сигнал, это - учебный старт «изделия». В течение десяти секунд необходимо было набрать энное количество внезапно появляющихся на экране цифр. Часто отрабатывались другие задачи учебного пуска. Особенно трудно было, когда проходили учения по десять дней и более.

Вскоре меня перевели на службу в дивизию РВСН Ивановской области. Она была образцовой. Все «изделия» для парада на Красной площади привозили оттуда. Причем привозили реальные ракеты, а не муляжи, чтобы показать вероятному противнику, чем на самом деле мы обладаем.

«Судьба нам благоволила»

- Через год выехал в командировку на Байконур для обучения на новую систему охраны «ОХРА». Там, кстати, впервые увидел реальные запуски ракет. У нас-то в шахтах стояли боевые, такие запускали на испытаниях раз в год со специальных полигонов. Запомнилось вот что: одна из ракет, вместо того чтобы полететь штатно, изменила траекторию и полетела на нас. Мы наблюдали за пуском на космодроме, не в укрытии - обычный же пуск. В течение 30 секунд все мы зарылись в песок с головой! «Изделие» взорвалось. Слава богу, это был учебно-экспериментальный пуск, без боевой части. Никто не пострадал.

В следующем году мне присвоили звание майора и перевели служить на техническую ракетную базу, которая занималась обслуживанием ракет, находящихся на боевом дежурстве. Мы обычно выезжали на «точку», жили в полевых условиях. Регламент, то есть осмотр всех узлов и агрегатов ракеты, - большая ответственность. После обслуживания непременно проводились тестовые испытания: не дай бог что - ракета взорвется в шахте! Очень боялись забыть в пусковой шахте что-то из инструментов: каждый все свои привязывал к руке. Хотя был случай - сержант уронил в шахту гаечный ключ, сам признался. Мы спустились, нашли быстро. А если бы не нашли и ключ попал в «изделие»? Да, судьба нам благоволила.

Легендарный «Буран»

- В 1986 году меня наградили медалью «За боевые заслуги». Очень этим горжусь до сих пор.

А вскоре поступил приказ - меня перевели на службу в ГУКОС (Главное управление космической связи), и я попал на Камчатку. Жили там в поселке Мирный, отслеживали спутники различного назначения. И участвовали в сопровождении полета «Бурана». Я работал в составе расчета по снятию параметров телеметрии. Наш «Буран» был лучше американского шатла на порядок! Весь расчет тогда получил благодарность командующего.

А в 1990 году меня перевели в Енисейск. Сменил и род войск, и форму - теперь она у меня стала летной: наш пункт слежения за космическими объектами подчинялся Космическим войскам СССР, образованным еще 4 октября 1957 года, в день запуска первого спутника. Впоследствии названия не раз менялись, сейчас это ВКС России.

Вышел в отставку, поселился в Калуге, в микрорайоне Байконур. Но работа продолжается - и в городском совете ветеранов войны и труда, и в «Боевом братстве».