ИЗ РУИН – ПТИЦЕЙ К НЕБЕСАМ

Камень за камнем

Расположенное буквально на стыке границ Медынского и Боровского районов, а также Московской области старинное село Егорье изначально и название-то имело совсем другое. Когда-то тут был небольшой приселок Георгиевский при селе Илемна (ныне — Троицкое). В 1594 году Георгиевский (он же — Егорьевский, он же — Юрьевский) входил в состав вотчины Троице-Сергиевой лавры: храм, пяток церковных дворов и чуть больше двадцати крестьянских подворий. К концу XVIII века все еще приселок Георгиевский, а также несколько соседских деревень стали принадлежать Коллегии экономии синодального правления. А уже в документах 1859 г. поселение значится как Егорий-Илемна и официально приобретает статус настоящего села, разрастаясь до 70 дворов. Через пару лет оно входит в состав Кременской волости. Со временем упрощается и название – Георгиевский при Илемне становится Егорьем.

По летописным данным, небольшая церковь существовала на этих землях уже в середине XVI века, позже подвергаясь регулярной переделке. Официальные документы гласят, что в 1815 году предпринималась первая попытка полной реконструкции храма Егория Святого, так как здание было сильно повреждено наполеоновскими вой-сками в ходе Отечественной войны 1812 года.

Основная кардинальная перестройка святого места пришлась на 30-е – 40-е годы XIX века: сооружение обзавелось трапезной, колокольней, двумя приделами – в честь Николая Чудотворца и преподобного Сергия Радонежского. Кроме того, у здания, выстроенного в традиционном для тогдашней архитектуры стиле классицизма, появилась апсида — полукруглый выступ в восточной стене, где обычно располагается алтарь. Здесь же находилась чудотворная икона Великомученика Георгия Победоносца. Обновлялся храм за счет вложений прихожан, но основным меценатом выступил благотворитель Иван Астафьев.

В новом (и по тем временам – самом современном) облике церковь просуществовала почти сотню лет, пока не пришла советская власть. Как и большинство религиозных сооружений того времени, храм в Егорье к 30-м годам был официально закрыт, и, по сути, его деятельность стала запрещенной. Настоятеля же храма, Иоанна Нечаева, расстреляли.

Значительно пострадало церковное здание во время Великой Отечественной войны, но все же выстояло и позже, уже в мирное время, стало служить зернохранилищем, а спустя некоторое время здесь была обустроена пилорама. Так, к 80-м годам прошлого века Георгиевская церковь представляла собой заброшенное, отчасти руинированное здание среди бурьяна. Стены со-оружения продолжали стоять, уцелела и колокольня. Несмотря ни на что, сохранились и фрески на внутренних стенах. Храм устоял и перед природными катаклизмами, и перед временем.

Второе дыхание

В 1989 году жители самого Егорья, а также окрестных деревень Сазоново и Троица подали ходатайство в епархию о возобновлении служб в Георгиевском храме. Весной следующего года сооружение было передано во владение Калужской епархии, однако на тот момент попросту не было средств на восстановление здания. Реставрация священного места была отложена на долгие 18 лет. В 2008 году начались первые ремонтные работы в храме. В этом немаловажную роль сыграл житель деревни Романово Анатолий Петраков – в прошлом министр строительства России.

В мае 2010 года храм, отстроенный и полностью обновленный, открыл свои двери для прихожан; на звоннице вновь раскатисто зазвучали колокола. Тогда же «новорожденная» церковь была освящена митрополитом Калужским и Боровским Климентом: богослужение длилось почти три часа. Освящены были и три придела храма: главный — Георгиевский; южный, сооруженный в честь великомученицы Евдокии; северный — в честь святых Веры, Надежды, Любови и их матери Софии. Кроме того, владыка подарил храму икону, изображающую русских князей-великомучеников Бориса и Глеба.

Сейчас Георгиевский храм считается одним из красивых и светлых храмов региона. Сюда приезжают верующие из соседних областей, из Москвы. А еще церковь в Егорье – яркий пример возвращения к жизни того, что, казалось бы, навсегда ушло в забвение. Кто-то скажет – удачное совпадение фактов, для кого-то это Божье провидение. В любом случае это та счастливая история, когда сплав приложенных сил и желания возродить родную культуру смогли дать вторую жизнь святому месту. А уж после такого легко поверить, что возможно даже невозможное, если захотеть и постараться.

По краеведческим материалам Валентины Чугаевой.

Фото Георгия Саркисяна и Андрея Агафонова.