Газета
Прямая линия
– Вот мое фото из госпиталя. А на этом крайний слева мой брат-близнец Юрий. Мы в одной роте служили. Я был командиром отделения, он – водителем, – показывает снимки ветеран-афганец Сергей Королев, председатель региональной организации «Инвалиды войны».
Мы встретились с ним в Музее локальных войн и военных конфликтов, что на улице Николо-Козинской в Калуге. Говорили и об афганской войне, и о дне сегодняшнем.
«» Сергей КОРОЛЕВ:
– Правильно, что сейчас на СВО люди идут служить по контракту. Очень важно понимать, ради чего ты это делаешь. В Афганистане нас пугало только одно – погибнуть, не успев ответить за себя, за товарищей. А сегодня наша страна в опасности. За нее надо биться. Другого варианта у нас нет.
Один из шурави
Когда в Ташкентском госпитале врачи, спасавшие его раздробленную ногу, сказали, что в Афганистан он больше не вернется, у сержанта Королева слезы на глаза навернулись: «Как не попаду?! Там мой брат, там мои товарищи!»– Знаете, я был горд, что попал в Афганистан. Это высокое доверие. Думал, если умру, то я же за Родину умру. Страха особого не испытывал. Скорее любопытство. Хотелось проверить себя. Молодой был – 19 лет всего, – поделился Сергей Королев.
Он прилетел в Афган в ноябре 1981 года вместе с такими же солдатами-срочниками. До призыва успел несколько месяцев поработать в Калужском аэропорту авиамотористом. Хотел после школы в КАТУ (Калужское авиационное техническое училище) поступать – не сложилось. Служить срочную пошел вместе с братом-близнецом Юрием. Они из пятерых сыновей в семье самые младшие.
– Мы попали в мотострелки – в пехоту. Первые две недели были в Таманской дивизии под Москвой. Думали, нас в Германию направят. Но, когда аэробус приземлился, увидели надпись «Аэропорт Ташкент». Поняли – идем в Афган. Через 7 месяцев подготовки летели в Кабул. Нас с братом направили в мотострелковый полк, который базировался под Газни, – вспоминает Сергей Сергеевич.
Как и другие новобранцы-шурави, дивились братья Королевы новой стране – ее горам, городам с шумными базарами, кишлакам с мазанками, где еще пахали поля на волах. Казалось, на машине времени перенеслись в прошлое. По мусульманскому летоисчислению шел 1402 год. Старослужащие рассказывали, что еще недавно душманы шли в атаку на танки на лошадях с саблями. Позднее благодаря западным «спонсорам» у них появилось много современного оружия – гранатометы и т.д. Среди задач подразделения, где служили Сергей и Юрий, поиск душманов, оружия в кишлаках. Кого находили – передавали в царандой (в переводе с пушту — «защитник») – органы внутренних дел Афганистана. Бывало, попадали в засады, под вражеские обстрелы.
День, который не задался
27 января 1982 года Сергей Сергеевич и по прошествии четырех десятков лет помнит в подробностях. В 4 утра их подняли по тревоге. Выдвигаться предполагалось к границе с Пакистаном, за Кандагар. Его не покидало чувство – что-то должно случиться. Ехали на БТР с братом – Юрий за рулем, Сергей на броне. Как на зло, из машины потек антифриз – лопнул шланг. Только выпал снег. Пришлось его закидывать в радиатор, чтобы охладить мотор. Кое-как догнали свою роту. И тут отказали оба двигателя. БТР прикрепили тросом к танку. 13-тонная машина болталась за ним из стороны в сторону, как бумажка на веревочке. «Спускайся вниз!» – кричал Юрий брату, но Сергей остался наверху. БТР зацепил какие-то руины, накренился и перевернулся.– Меня придавило башней. Потом машину качнуло обратно. Открываю глаза – надо мной БТР висит. Надо выползать. Пополз, чувствую, что нога огнем горит, будто в печке. Ребята подбежали, обезболили. Я отключился. Толком в себя пришел только через неделю в госпитале в Ташкенте, – продолжил Сергей Королев.
Он перенес множество операций. Пять лет ходил на костылях. Постоянная боль, постоянные перевязки. Медицинские светила предлагали искалеченную ногу ампутировать, но Королёв отказывался. Помогли в ЦИТО – сейчас это федеральный научный центр травматологии и ортопедии. Когда спрашивают, что дало силы не сломаться, не отчаяться, отвечает:
– У меня была уверенность, что все будет хорошо, что я должен вылечиться, что проблемы решаемы. Близкие меня поддержали.
Сильные духом
На костылях Сергей вернулся домой в Калугу. На комиссии дали ему вторую группу инвалидности. Естественно, на работу брать никуда не хотели. Приняли только на горпромкомбинат надомником. 1983 год стал для него особенным – работать начал, женился – дождалась его из армии невеста Елена. Сейчас у них две дочери, в 1997 году взяли под опеку двоих племянников, две внучки и внук. В этом же году приехал из Афганистана брат Юрий. С наградой – медалью «За боевые заслуги».– Очень горевали мы о гибели нашего друга и сослуживца Андрея Усова. Юрий видел, как его снайпер скосил, когда Андрей бежал спасть ребят из подорвавшегося на фугасе БТР. Удивительный человек был. В детстве серьезную травму получил. Его бы в армию не взяли, но он упросил родителей не говорить об этом, чтобы служить. Сейчас с гордостью смотрю на современных ребят, как они защищают Родину. Тем более война идет совсем иная – беспилотники, оружие, которое мы и представить в 80-е годы не могли, – отметил Сергей Сергеевич.
В начале 90-х создавался Союз ветеранов Афганистана. Королеву предложили там работу. А в 1999-м избрали председателем Калужского отделения общественной организации «Инвалиды войны». С тех пор он штурмует бюрократические «укрепы», чтобы помочь ветеранам горячих точек и членам их семей оформить нужные документы, пройти лечение, реабилитацию. Организация объединяет не только афганцев, но и участников других военных конфликтов. Сегодня в нее вступают бойцы, получившие травмы на специальной военной операции.
– Какой силы духа люди! Есть те, кто недавно суставы поменял, а хотят вернуться обратно на СВО. Еще обижаются, что не берут воевать. И я их хорошо понимаю. В феврале 2014 года, когда произошел госпереворот на Украине, началась война в Донбассе, я тогда еще без палки ходил – с ногами лучше было, тут же написал руководителю нашей организации, что готов туда ехать на помощь – собирайте команду! – сказал Сергей Королев
