Как китайцы стали москвичами

    На выставке аутентичных предметов культуры и быта Японии и Китая взгляд цепляет все: свитки, книги, гравюры, фарфор ручной росписи, статуэтки, одежда и, конечно, веера – обязательный атрибут японских и китайских женщин – красивые и загадочные.

    Как всё начиналось

    Свою коллекцию к показу представил калужанин Ярослав Хабаров, который давно увлечен культурой Востока. Мы пообщались с коллекционером, он рассказал, чем уникальны эти экспонаты. Вообще на мысль собирать богатства прошлого подтолкнула история семьи. Ярослав, по его словам, является потомком рода, к которому принадлежал Ерофей Хабаров – русский путешественник XVII века.

   Открывают выставку расписанные вручную свитки из Поднебесной. В зале их шесть, каждый отображает свой сюжет, отдельные рассказывают о сражениях и победах китайских воинов. Привлекают внимание копии свитков IV века, перерисованные в XIX веке. Так почему же появлялись перерисовки? Оказывается, в древнем Китае стать профи художник мог только в том случае, если своей работой превосходил предыдущего мастера. При этом делал не копию, а исполнял что-то новое. Чтобы чему-то научиться, нужно было создать немало копийных работ. Кстати, некоторые свитки могли достигать длины пяти метров.

   Заглянуть в прошлое

    Достаточно многообразно представлены книги. К примеру, путеводитель по Европе, напечатанный до установления Россией отношений с Японией (еще до Екатерининской эпохи). Старинное издание открыто на самой интересной части. Мы видим Санкт-Петербург и Москву с одной из ее достопримечательностей – собором Василия Блаженного. Если присмотреться к людям, изображенным на иллюстрациях, можно разглядеть… китайцев. Как поясняет Хабаров, оказывается, тогда японцы знали, что есть такое государство – Россия, но не понимали истинных размеров ее територий. Знали, что она граничит с Китаем и Османской империей, но не ведали, что русская нация отличается от азиатов, поэтому на их картах Япония была огромной, а все другие страны – маленькие. Это их представление о мире. Интересно, но японцы воспринимали нас, как тех же азиатов! Видимо, однажды в Страну восходящего солнца попала русская гравюра, на которой был изображен православный собор. Его они повторили полностью, а вот людей додумали. Поэтому забавно смотрится, что на Красной площади гуляют китайцы. Кстати, по Петербургу тоже ходят китайцы и турки… в меховых шапках.

    А еще в витринах – фарфоровые чашечки начала XX века с литофанией. С ними связана некая любовная история. На просвет на донышке можно увидеть женский образ – портрет любовницы хозяина дома, который таким образом он прятал от жены. Это некая интимная тайна. Насладившись чаем, при последнем глотке, мужчина мог взглянуть на свою возлюбленную. Чашечки сделаны на заказ и украшены сложным рисунком в сине-голубых тонах. Кроме того, в экспозиции представлен музыкальный инструмент – китайская цитра, гуцинь. Это «дедушка» русских гуслей. По легенде, такой инструмент попал к славянам по Великому шелковому пути и, претерпев изменения, стал символом Руси. Гуцинь часто использовали в фольклорной китайской музыке.

   Загадочная Япония

    Центральным акцентом экспозиции является гравюра на дереве японского автора Кацусики Хокусая «Большая волна в Канагаве». Хокусай был самым тиражируемым художником своего времени. Он сотрудничал с печатником, имевшим магазинчик в порту, куда художник сдавал свои работы. Туда часто заходили голландцы, приобретавшие эти гравюры на сувениры. По словам коллекционера, только «Большой волны в Канагаве» существует около пяти тысяч оттисков. Калужанам представили гравюру с волной и видом на гору Фудзи за номером 47, сделанную авторской рукой в начале XIX века.

    Еще одна интересная вещица – милая маленькая кукла Дарума – олицетворение божества, приносящего счастье. Традиционная японская игрушка-неваляшка послужила прообразом нашей матрешки. В Россию ее привез купец Морозов, а затем уже у нас начали выпускать игрушку, раскрашенную в русском стиле. До сих пор в Японии бытует традиция дарить детям нераскрашенную Даруму, они ее разукрашивают, загадывая желание.