Как калужская китайка девок и баб приодела

В чем ходили женщины на Руси? В многослойной одежде. Это нательная рубаха, еще одна рубаха, но уже с украсами на рукавах, передник (занавеска), платки, понева или сарафан. Но какой сарафан, чаще всего мы не задумываемся. А ведь он у каждого уезда, у каждой губернии был свой. В Год нематериального культурного наследия вспомним о калужском косоклинном, бытовавшем в конце позапрошлого века на правом берегу Калуги, на территории Гамаюнщины и Монастырщины.

Холщевики, пестрядинникии другие

Занимаясь традиционной народной куклой, Наталия и Михаил в один прекрасный момент задумались, во что их одеть. Супруги по крупицам собирали сведения и реконструировали наряды прошлого, буквально возвращая их из небытия. И в 2020 году они стали лауреатами Всероссийского конкурса «Русский костюм на рубеже эпох», представив куклу в костюме Монастырщины.  В народе сарафаны  называли по крою или по ткани, из которой их шили: холщевики, сшитые из холщевой ткани, крашенники - из крашеной, пестрядинники - сшитые из пестряди, кумачники - из кумача, китаечники, или китайки, - из ткани, привозимой из Китая. Это была плотная хлопчатобумажная ткань, чаще темно-синего цвета, красивая, дорогая и необычная для конца XIX - начала XХ века. Именно из китайки шили в это время косоклинные сарафаны в Гамаюнщине, куда входило 17 деревень - Ромоданово, Квань, Воровая, Покров, Шопино, Секиотово, Рождествено, Еловка, Вырка, Животинки, Горенское  и другие. А Монастырщина - это земли, принадлежавшие монастырям в Перемышльском уезде.

Куклы Наталии и Михаила сохраняют для нас наши исконные традиции. В апреле в Палатах Коробовых пройдет их персональная выставка, на которой можно будет увидеть кукол в народных костюмах, в том числе и в калужском сарафане.

Девять аршин и медные пуговки

Этнографы выяснили, что косоклинный китаечник пришел в Калугу из Московской губернии одновременно с появлением его в Рязанской и Тульской губерниях, где он тоже явился на смену поневе. В Калуге он получил распространение в определенных областях и по праву может считаться калужским сарафаном. Тем более что у нас он по-своему украшался: по самому низу нашивали «гитанчик», зеленый или оранжевый шелковый шнурок, рядом с ним клали ленту шелковую «травчатую» шириной в 2-4 пальца, по ее синему или малиновому фону шли цветы - травы серебристого, зеленого либо розового тона, сверху нашивали «прозумент ясный» - золотой галун с цветными крестиками - в Гамаюнщине. А в Монастырщине подол украшался полосой красного штофа, «плетеньком ясным» и повыше – зеленой лентой. Косоклинный сарафан пришел на смену традиционной поневе в районе Гамающины, в то время как в районе Монастырщины уживалась и архаичная понева, и косоклинный сарафан вместе с прямым.

Помните, в пушкинской «Барышне-крестьянке» главная героиня Лиза решила переодеться крестьянкой и послала купить на базаре толстого полотна, синей китайки и медных пуговок. С помощью Насти она скроила себе рубашку и сарафан. Наталия и Михаил предполагают, что барышня шила сарафан-китайку, и, примерив его перед зеркалом, Лиза призналась, что «никогда еще так мила самой себе не казалась».

Так как ткань была тонкой, сарафан обязательно шили на белой холщевой подкладке, отчего он оказывался очень тяжелым и прочным, «вековечным». Застегивался сарафан-китайка спереди, причем разрез шел от груди вниз на пол-аршина, затем донизу сшивался, и рядом с фальшивыми петельками из шелкового цветного шнурочка – «гитанчика» - пришивались медные пуговицы с эмалевыми или стеклянными середками. Создавалось впечатление, что сарафан застегивался до самого низа. Так шили в Гамаюнщине. А в Монастырщине он был распашным с девятью пуговицами. Весь перед оставался несшитым.

Подпоясывали китайку широким шерстяным зеленым или красным поясом с бахромой на концах или широким тканым поясом, завязывая узлом с правого бока. В Гамаюнщине китайки заказывали шить в Калуге мастерицам-монахиням в девичьем Казанском монастыре, в то время как в Монастырщине они шились мастерицами, живущими по деревням и называвшимися китаешницами. Так, по воспоминаниям этнографа Марии Шереметевой, «у пономаря в селе Корекозеве было четыре дочери - все вековые девушки и все четыре китаешницы. У них шила вся округа на 20 км».

Когда женщина снимала с себя китайку, она собирала ее складками, завязывала шнуром и в сундуке поверх нее клала камень, чтоб она была «сборнистее».

Китайку носили как женщины, так и девушки.

Косоклинный сарафан шился из 11 частей. Два полотнища спереди, одно сзади, четыре клина и четыре подклинка. На гамаюнский китайчатый сарафан шло девять аршин ткани. Это больше шести метров по-нынешнему. Материя продавалась отрезами, которые так и назывались - «китайки концевые 9-аршинные». Женщина, идя на базар, уже знала, что и сколько купить.