Газета
Прямая линия
Плюс ко всему уголовное дело еще и весьма деликатное, и не только потому, что исходными обстоятельствами является мужское здоровье. Слишком уж тонкая грань в понимании обывателей, что считать благодарностью доктору, а что взяткой. У правоохранителей, вооруженных законом и практическим опытом, здесь нет никаких разночтений, для всех остальных попытаемся расставить акценты.
Вопрос жизни и смерти
Диагноз «рак предстательной железы» для Николая Савченко (имена и фамилии фигурантов изменены) прозвучал как гром среди ясного неба, впрочем, как и для любого другого, окажись он в подобной ситуации. Благо медицина шагнула далеко вперед и не всегда страшное слово «рак» является смертным приговором, если, конечно, не медлить и попасть в хорошие руки.В ходе обследования в госпитале им.Бурденко Николай Семенович узнал о современном и эффективном методе лечения заболевания – брахитерапии (контактная лучевая терапия). Из интернета он также почерпнул информацию о том, что родоначальником в России данного метода является Центр брахитерапии рака предстательной железы, созданный в 2009 году в Обнинске, в клинической больнице № 8 Федерального медико-биологического агентства.
Мужчина в середине ноября 2016 года приехал из столицы в наукоград на консультацию. Доктор, посмотрев результаты анализов, обнадежил пациента: готов сделать операцию. Правда, с оговоркой: с обязательной передачей лично ему 230 тысяч рублей.
В Центре брахитерапии действительно предусмотрено оказание платных услуг. В этом случае составляется соответствующий договор, деньги вносятся в кассу – наличкой или перечислением на счет.
Пётр Сниригов настаивал на другом варианте: если Савченко соглашается с его условием, тогда заведующий выписывает больному квоту на бесплатное лечение, не согласен – квоты не будет.
Пациент несколько подрастерялся. С одной стороны, он понимал, что такая квота гарантирует бесплатную операцию, тогда за что же платить? С другой стороны, эскулап не оставлял ему выбора: как торговаться, если операция – вопрос жизни и смерти. В общем, Савченко вынужден был согласиться. Только после этого он получил направление на получение квоты и была назначена дата операции.
А осадочек, как говорится, остался, да еще какой, тем более что денег пришлось просить у сына. Тот, разумеется, отцу не отказал, но здраво посоветовал прежде проконсультироваться в других больницах на предмет бесплатной операции.
Николай Семенович все же отправился в департамент здравоохранения г.Москвы с документами на квоту, там разговорился с незнакомым гражданином, который подсказал, что в других лечебных учреждениях взятки за квоты и операции не вымогают. Этот довод укрепил решение пенсионера поступить иначе. Он позвонил Сниригову: мол, воздержусь пока от операции, поскольку не могу собрать обозначенную сумму. Доктор, как никто другой понимавший, что на кону здоровье и жизнь пациента, проявил некоторую гибкость: деньги можно отдать частями – одну до операции, другую – после.
- Подумаю, - ответил Николай Семенович, хотя твердо для себя решил не иметь дела с этим доктором.
А тот меж тем звонил его сыну, спрашивал, собирается ли отец ехать на операцию. Видно, не хотел, чтоб с крючка сорвался клиент. Однако ж это произошло помимо воли врача: Савченко прооперировался в другом месте - бесплатно по квоте. А его история взаимоотношений со Снириговым вошла отдельным эпизодом в объемное уголовное дело, в котором фигурируют 17 фактов получения взяток, три покушения на это преступление, четыре факта мошенничества.
Осечка вышла
Возможно, подобных фактов было бы и больше. Пациенты, обескураженные настойчивостью Сниригова в своих условиях, просто терялись и как под гипнозом, на фоне страха перед неизвестностью своей судьбы, на все соглашались. Это, похоже, несколько приглушило инстинкт самосохранения у доктора или он так уверовал в свою неприкасаемость? Напрасно, как оказалось.Череду мздоимств прервал… другой пациент, проявив, как у нас говорят, свою твердую гражданскую позицию.
Практически тот же сценарий. В 2010-м обследование в Москве выявило у Андрея Лыкова рак. Решить проблему могла лишь брахитерапия, другие методы лечения мужчине были противопоказаны. Сниригов прооперировал Андрея Степановича тогда за 150 тыс.рублей. И забыл бы пациент обо всех неприятных подробностях, если бы не вернувшийся диагноз.
Больной пошел по проторенной дорожке: позвонил в Обнинск, доктор назначил дату консультации. В этот день Сниригов обнадежил мужчину: повторная операция при его рецидиве возможна, читай «дам еще один шанс на жизнь», но за 350 тысяч рублей и не в кассу учреждения. Заведующий центром, не стесняясь лишнего свидетеля – жены пациента, недвусмысленно уточнил, за что: за выдачу квоты на бесплатное лечение и проведение операции, без каких-либо оправдательных документов.
От безысходности А.Лыков согласился, после чего Сниригов назначил дату операции, отправил больного оформить документы, необходимые для выдачи квоты на бесплатное лечение, которые предстояло передать в департамент здравоохранения г.Москвы.
С оформлением квоты в столице не было никаких шероховатостей. Более того, там заверили: она включает полную стоимость операции, и очень удивились, что с пациента требуют немалую сумму. И дали совет обратиться в правоохранительные органы.
В назначенный врачом день Андрей Степанович прибыл в центр, без денег, объяснив, что не успел собрать, чем вызвал явное недовольство врача. В операции он не отказал, но потребовал расплатиться с ним при повторном осмотре. Сразу после операции Сниригов выдал протокол решения врачебной комиссии для предоставления квоты на повторное лечение, объяснив, что, возможно, потребуется еще операция.
С оформлением второй квоты в Москве также не было никаких проблем, но тут уже А.Лыков по электронной почте направил жалобу в Генеральную прокуратуру, и буквально через несколько дней на заявителя вышли сотрудники областного УМВД. Андрей Степанович согласился поучаствовать в разоблачении доктора, вымогающего взятку.
Если бы пациент что-то неправильно понял, результаты оперативно-разыскных мероприятий оказались бы нулевыми. Ан нет. Более того, Сниригов мог бы и отказаться от своих требований – не все шло без сучка без задоринки, но помехи, возникшие на пути получения мзды, его почему-то не насторожили и не заставили отказаться от незаконной наживы.
